Он просто молчал и смотрел куда-то вдаль.
«Специально так делает, чтобы я потеряла итак держащуюся на одном честном слове свою хилую выдержку? Показывает, что он и только он хозяин положения. Как есть судья – безжалостный и циничный, бездушно распоряжающийся судьбами людей».
Я стояла возле его стола и не двигалась.
Он молчал и смотрел в окно.
Я продолжала наблюдать за ним.
Отметила его внешний вид.
Северский был опрятным человеком: его одежда была чистой и отглаженной, а ногти на руках ухожены и коротко острижены.
Сегодня мужчина был одет в угольно-чёрный костюм и белоснежную рубашку. На запястье у Северского я заметила наручные часы — золотые, очень крупные и красивыею Но больше никаких украшений я не заметила.
Профиль Дмитрия был жёстким и немного мрачным. Его губы были сжаты, как будто ничего в этом мире его не радовало. Возможно, в его жизни и не было ничего, способного доставить истинную радость. Радость могла исходить только от других людей – добрых и открытых. Уверена, что в его окружении такие люди отсутствуют. Лицемеры, прихлебатели и враги – вот, кто его окружает.
— Кофе или чай будешь? — вдруг спросил Северский, нарушив молчание.
Вздрогнула и замотала головой.
— Нет… Благодарю, но нет… Лучше… давайте лучше приступим к делу, — произнесла я, как мне казалось, твёрдым и уверенным голосом. Но всё равно, некое отчаяние так и сквозило в моих словах.
Я боялась. Боялась, что он как палач, обрубит мою связь с ребёнком, не позволив его даже увидеть…
Северский на мои слова хмыкнул и указал ладонью на кресло, что стояло рядом с его столом.
— Садись, Светлана, — произнёс он сухим тоном и, взяв со стола несколько пропечатанных листов бумаги, положил их передо мной. — Читай и подписывай, если желаешь находиться рядом с моим сыном.
«…моим сыном…» — эти слова неприятно резанули слух.
Подрагивающими пальцами взяла документы и вслух прочла:
— Гражданско-правовой договор с проживанием…
И ниже была указана моя должность – помощница домработницы.
Сглотнула, стараясь не улыбаться, потому что я уже была счастлива! Я скоро увижу сына! А для этого подпишу любой договор! Хоть кровью и с самим Дьяволом!
Взяла другой документ и тут я ощутила, как закололо сердце. Воздух покинул мои лёгкие, и стало невозможно дышать.
