Автор
Вдохновленная поэзией первой строчки, читатель погружается в непробиваемую тайну отношений двух персонажей — в их страстное и беззащитное стремление сохранить связь даже при отчаянной борьбе. Здесь каждое слово и каждый вздох окутаны нереальностью, атмосферой войны и страха, но не подавленности - противостоянием в глубине души....
Вперёд только слегка, а потом резко, на всю длину.
Я захныкала. Прикусила губу. Сбивчиво зашептала.
— Нет, — пустое сопротивление неопровержимому. – Ты…
— Он двинул бёдрами, насадил меня на себя с рыком, сметая любые «нет». Снова вышел и проник. Я заметалась по столу пуще прежнего. Шероховатые доски карябали спину, впивались в кожу, бревенчатые стены, потолок – всё плыло. Алекс вошёл с силой, задержался и, склонившись ко мне, всадил в самое сердце бархатным хрипом:
— Ты принадлежишь мне.
Движение назад и в меня, резко, быстро.
— Моя. Всегда, — втолкнулся и, тяжело дыша, навис сверху. Ладони его оказались по обеим сторонам от моей головы. – Всегда, — просипел тяжело, жарко. – Моя. Вот тут моя, — схватил руку и припечатал к своей груди.
Его сердце колотилось тяжело, громко. Я собрала пальцы в кулак. Вобрала в лёгкие воздух. Он поднёс мой кулак к губам, укусил костяшки и поцеловал. Выпустил и стал раскачиваться, наполняя меня теплом и жизнью.
Алекс поцеловал меня над грудью, провёл по моему боку пальцами.
— Хорошо, чёрт, — сжал бёдра, насадил и, запрокинув голову, со стоном засипел.
— Сволочь, — застонала я, всхлипнула. Поджала пальцы на ногах. Оргазм накатывал постепенно, приближая меня к краю. Дрожа, я выгибалась, извивалась под ним, но глаза закрыть не могла. Щекой наткнулась на что-то твёрдое… пистолет. Громкий взрыв – серебряная пуля в меня. Раскалённое серебро по венам.
— Детка, — несколько резких проникновений. Пальцами по животу, по лобку.
