И она сказала то, что всегда говорила мужу, когда он начинал говорить с ней таким тоном.
– Рон, не забывай – у тебя сердце.
– У меня уже н… н-нет с-сердца. Заб-б… б-была? Так вот, Б… Б-берил…
Мадам Трейси встала, подошла к двери и включила свет.
Ее клиенты поднялись, пребывая в состоянии полного недоумения (кроме миссис Ормерод, которая еще была и жутко рассержена), и вышли в коридор.
– Мы еще не закончили разговор, Марджори Поттс, – прошипела миссис Ормерод, прижимая сумочку к груди, и захлопнула за собой дверь.
С лестницы донесся ее приглушенный голос:
– А Рону можете передать, что с ним мы тоже не закончили!
Мадам Трейси (которая значилась в правах на вождение мотороллера – и только мотороллера – действительно как Марджори Поттс) пошла на кухню и выключила огонь под капустой.
Она поставила чайник. Она заварила чай. Она села за стол, достала две чашки и налила чай в обе. В одну она положила два кусочка сахара. И замерла.
Она аккуратно поправила чашки на столе так, чтобы они стояли на одной линии, а потом сделала большой глоток из той, где был чай с сахаром.
– А теперь, – сказала она голосом, в котором каждый, кто ее знал, опознал бы ее собственный, хотя вряд ли ему был знаком этот тон, а именно, тон ледяного бешенства, – почему бы вам не рассказать мне по порядку, что происходит!? И постарайтесь найти объяснение получше.
Груз разлетелся по всему шоссе М6. Согласно транспортной накладной, грузовик был полон листовым гофрированным железом, однако обоим патрульным было трудно признать этот факт.
– И я хочу знать точно, откуда здесь вся эта рыба, – произнес один из них, в звании сержанта.
– Я же вам сказал. С неба свалилась. Еду я себе спокойно, скорость под сотню, и вдруг: бац! Ветровое стекло вдребезги, и мне в кабину влетает лосось, килограмм на пять! Ну, я тогда выруливаю на обочину, меня вот здесь вот заносит, – шофер показал на останки рыбы-молота под опрокинувшимся грузовиком, – и я влетаю вот сюда. – Вот здесь была куча рыбы самых разнообразных пород и размеров высотой примерно с трехэтажный дом.
– Что пили, сэр? – спросил сержант без тени надежды в голосе.
– Да ничего я не пил, недоумок! Ты что, сам рыбу не видишь?
Довольно крупный осьминог вяло помахал им щупальцем с самого верха кучи. Сержант с трудом удержался, чтобы не помахать в ответ.
Другой патрульный наклонился к своей машине и докладывал по радио: «…листы железа и рыба загородили проезд по М6 в южном направлении примерно в полумиле к северу от десятого перекрестка.
