В закрытом от посторонних глаз отстойнике, старик-бродяга с набитым до краев толком рюкзаком сохраняет свою нищенскую жизнь. Уживающийся среди мимолетных впечатлений и разрозненных воспоминаний, он держит привычную шапку в руке, отражаясь в холодном зеркале металлической решётки прохода....
После обеда постараюсь явиться на работу. Нельзя распускаться, — не слишком уверенно пообещала Ерожина и, улыбнувшись на трогательно заботливый тон генерала, положила трубку.
От кофе за завтраком Надя отказалась. Это было первое ограничение, с которого будущая мама начала свой новый день. Не успел закипеть чайник, как в дверь стали трезвонить.
Таких пожарных звонков в свою квартиру Надя не припоминала. На вопрос: «Кто там?» — хозяйка услышала знакомый баритон Севы. Открыв дверь, она обнаружила родственника с огромной корзиной в руках.
Прямиком отправившись на кухню, Сева поставил корзину на стол и начал выкладывать из нее продукты.
— Карлсон, ты бы сначала разделся, а потом изображал Деда Мороза, — притворно строго проворчала Надя.
Вера и Люба сестру поддержали и прямо на кухне стянули с Кроткина дубленку.
— Вы с ума сошли! Куда столько жратвы? — искренне ужаснулась Надя, оглядев огромных кур, куски говядины, бананы, ананас, яблоки и клубнику.
— Тебе теперь надо много и качественно есть, — со значением заявил Кроткий.
— Сейчас ты сваришь парную курицу, накрутишь телячьих котлеток и изволь лопать за двоих, — приказала Вера."
"— Мы хотим дождаться здорового и сильного племянника, — добавила Люба, выкладывая на стол творог и сметану.
— Ладно, — вздохнула Надя. — Давайте .хоть вместе позавтракаем. Я только встала.
— А я спешу в фонд. В одиннадцать в Гнездниковском переговоры. Два члена правительства припрутся. Неудобно опаздывать, — с большим сожалением оглядев заваленный продуктами стол, сообщил Сева.
Оставшись одни, сестры быстро соорудили роскошный завтрак.
— Садись, мамашка, — пригласила Вера сестру, покончив с приготовлениями. Надя села, оглядела сыр, творог и ветчину. Лицо у нее стало грустное и виноватое.
— Чего тебе не так? — удивилась Люба, заметив унылый взгляд хозяйки дома.
— Ой, девчонки, стыдно сказать, — замялась Надя.
— Говори. Небось не чужие, — ободрила сестру Вера.
— Знаете, чего мне хочется… — стыдливо начала Ерожина.
— Откуда :нам знать, — пожала плечами Люба.
— Мене хочется кофе, но не нашего домашнего, а ту бурду, что дают на вокзале в буфетах. И еще хочется селедки. Только не из супермаркета, а ржавой и вонючей, какая лежала в сельпо на даче. Помните?
— Началось, — вздохнула Вера.
