В закрытом от посторонних глаз отстойнике, старик-бродяга с набитым до краев толком рюкзаком сохраняет свою нищенскую жизнь. Уживающийся среди мимолетных впечатлений и разрозненных воспоминаний, он держит привычную шапку в руке, отражаясь в холодном зеркале металлической решётки прохода....
Иван Вячеславович играл с Петровичем в шахматы. У него еще не закончился перерыв, и он перед очередными переговорами хотел расслабиться.
— Уделите мне десять минут, — попросил Ерожин.
— Сдаюсь. Ты, Петрович, выиграл, — сказал Аксенов старому водителю и пригласил зятя в кабинет.
— Я нашел отца Нади, — сообщил Ерожин и увидел, что лицо хозяина кабинета вытягивается. — Я не спятил. Я нашел настоящего ее отца. Нам надо договориться, как с этим жить, — сказал подполковник.
Наконец Аксенов понял:
— Хоть мужик нормальный?
— Классный мужик, — улыбнулся Ерожин.
— Что же делать. Жизнь — странная штука, — вздохнул Аксенов. Он давно привык к мысли, что Надя не родная дочка, но сердцем этого не воспринимал. А тут — другой отец.
— Девочка очень удручена случившимся.
Я вас прошу: сделайте вид, что для вас это не очень большая, а главное, не слишком горькая неожиданность.
— У твоего сына два папочки, пусть и у Надюхи будет два. Знакомь, даже любопытно, — согласился Аксенов после некоторого раздумья.
— Алексей не москвич. Он живет в Самаре. Приедет — познакомлю. Кстати, у него крупная строительная фирма. Может быть, еще дела вместе закрутите?
Оставив Аксенова переваривать новость, Ерожин сел в машину и покатил в Гнездниковгский к Кроткину.
Сева беседовал через переводчика с китайцами, и Ерожину пришлось ждать. Петр Григорьевич сел в кресло рядом с секретарем Рудиком и подумал: «Какое счастье, что мне больше не надо изображать директора фонда».
Время, когда он замещал болезного Севу, Ерожин вспоминал с ужасом.
— Я на секунду, — успокоил он Кроткина, когда тот проводил гостей и полез в свой холодильник.
— Я тебя рад видеть, Петр. Откушай со мной лососинки. Вчера финны приволокли.
Хороша, — сообщил Сева, выкладывая на стол увесистый сверток в пергаменте.
— Спасибо, ел, — отказался Ерожин. — Слышал, что, пока я сидел в Новгороде, вы для меня квартирку побольше подыскали. У меня деньги есть. Хочу выкупить.
— Да. Было. Хорошая квартира из двух комнат, приличного холла и темного чуланчика.
— Годится, — улыбнулся Ерожин, записал телефон фирмы, с которой шел разговор о квартире, и, оставив Кроткина лакомиться рыбой, покатил на Чистые пруды.
В свой офис он попал к часу. Грыжин разогревал супчик, и Ерожин с удовольствием разделил трапезу генерала. Фирменные супы домработницы Вари подполковник уважая.
— Иван Григорьевич, а ты живешь и не знаешь, что богат. Я тебе наследство привез, да вручить все времени не было.
