В закрытом от посторонних глаз отстойнике, старик-бродяга с набитым до краев толком рюкзаком сохраняет свою нищенскую жизнь. Уживающийся среди мимолетных впечатлений и разрозненных воспоминаний, он держит привычную шапку в руке, отражаясь в холодном зеркале металлической решётки прохода....
Строился он за счет немцев, и немецкая строительная компания поставщиком выбрала его. Оборот фирмы Ростоцкого от этого заказа увеличивался в десятки раз. Теперь он на пять лет обеспечен настоящим делом. Всего этого Алексей ждал давно, и не просто ждал, а напряженно работал. Репутация не приходит к фирме, если сидишь сложа руки.
Ростоцкий медленно поднялся из-за стола, подошел к окну и стал смотреть на заснеженную улицу. Бабка в валенках с калошами набирала воду из колонки. Колонка заледенела, поросла сосульками, и бабка смешно топталась рядом, стараясь не поскользнуться на наледи.
Алексей проследил, как старушка засеменила с ведрами, и хотел вернуться за стол. Но что-то его остановило. По улице шел невысокий мужчина в стеганом ватном халате и в тюбетейке.
Лицо азиата показалось Ростоцкому знакомым.
— Друг, — прошептал он и, как был в костюме, так и выскочил на мороз. Фигурка в халате завернула на перекрестке в сторону базара. Алексей побежал следом. Азиата он нагнал уже возле базарных ворот:
— Халит! Это я, Алеша.
Почувствовав руку на своем плече, мужчин на вздрогнул и обернулся. В щелочках его глаз Ростоцкий заметил удивление:
— Прости, приятель, обознался. Показалось, что друга встретил, — смутился Алексей.
— Моя совсем не обижайся. Жалко, что не моя твой друг. Но твоя друга встретит. Гора с горой не встретятся, а человек с человеком обязательно, — улыбнулся азиат.
— Ты с Ферганской долины? — спросил Алексей по-узбекски.
— Да, с Андижана, — услышав родную речь, обрадовался мужчина. — Как узнал?
— По тюбетейке, — ответил Ростоцкий.
— Иди сюда, гранат дам, кишмиш дам. Денег не возьму, — предложил азиат, подводя Алексея к прилавку.
Возле подвяленного винограда и гранатов стояло еще двое молодых парней в стеганых халатах.
— Вот земляка встретил, — сообщил им торговец, которого Алексей принял за своего друга. Парни тоже заулыбались.
— Сыновья, — гордо представил молодых людей отец. — Хамид и Умид. А меня Ташпулатом звать.
— А меня, Ташпулат-ака, Алексеем.
Как Ростоцкий ни отказывался, ему положили полный пакет гранатов и винограда. Алексей хотел достать из кармана бумажник, но пожилой продавец не на шутку рассердился:
— Я от чистого сердца тебе хочу подарить наших фруктов, зачем обижаешь. Деньги как воздух — дунул и нету. А подарок на душе дарителя долго теплом лежит.
— Может, тебе что-нибудь по строительству нужно? У меня гвозди есть, дпурупы есть, — предложил Ростоцкий.
