В заднем сидении старенького «Ниссана» летели только мысли: ли увечье оставляет хоть какой-то шанс на спасение, а метка чужака – никакого. Ангелина искала верный хит в телефоне плейлиста, отражающий ход ее мыслей, в то время как я, чертовым супергероем для нее, молчал.
– Вы читали сказку Толстого «Лев и собачка», товарищ-подполковник?
Мне не хотелось ощущать себя в роли жертвы для хищника, но был ли выбор?
– Не помню, чем там все закончилось, – усмехнулся Суров.
– Все умерли.
Но лев, определенно, стал чуточку лучше и добрее.
Я поднялась, желая покинуть кабинет как можно скорее. Я, как истинная плакса, наверно, ждала жалости. Может, защиты от Сурова. Но этот человек был до крайности черствым и бесчувственным.
– Эля, – это обращение прилетело мне в спину, когда я уже схватилась за дверную ручку.
Я бросила взгляд через плечо и обомлела – все затрепетало у меня внутри, а к глазам подступили горячие слезы."
"Суров вытянул руку, демонстрируя деревянные четки, которые отец вешал на зеркало в нашей машине.
– Я не знал, что взять оттуда, – сказал мужчина, и я не поверила собственным ушам. – Подумал, тебе это может быть дорого. Как память, – он неожиданно увел взгляд: – … твоих родных мы похоронили.
Я не помню, как подошла, как эти четки оказались у меня в руках… Не помню, как прижалась к груди Сурова, страшно и беззвучно рыдая.
Его военная куртка пахла сигаретами и была грубой на ощупь.
Я помню только мощные удары его сердца, глубокое ровное дыхание и жар ладоней, опустившихся мне на плечи.
***
Длинные лопасти вертолета закрутили воронкой колкий ветер.
Суров выбросил окурок, видя, как открывается дверца, и на асфальт неловко выпрыгивает Давид Галоян. Его черные волосы растрепались и он, пригладив их рукой и пригнувшись, побежал к Сурову.
Суханов потребовал, чтобы Давида включили в проект – это было условие, на которое пришлось согласится, скрепя сердце.
Вениамин Суханов был похож на доктора Айболита. Бородатый, седой и худощавый, но, тем не менее, очень проворный старичок.
Когда они оказались рядом с Суровым, Суханов закричал:
– Я знал, что вы обо мне вспомните!
Константин пропустил это мимо ушей.
– Мне передали, что вы уже нашли контактера? – спросил Вениамин, когда они удалились от вертолетной площадки.
Суров не хотел признавать, что его контактер – это юная девушка, которая ему нравилась. Нравилась так сильно, что он не хотел подвергать ее даже минимальной опасности. И, тем не менее, он ответил:
– Да.
– Когда мы сможем начать?
– Прямо сейчас. У нас мало времени.
