В заднем сидении старенького «Ниссана» летели только мысли: ли увечье оставляет хоть какой-то шанс на спасение, а метка чужака – никакого. Ангелина искала верный хит в телефоне плейлиста, отражающий ход ее мыслей, в то время как я, чертовым супергероем для нее, молчал.
Пожалуй, возможность лишится привычного имени ему не нравилась.
– Произнеси еще раз, – и на мой недоуменный взгляд, пояснил: – Это имя. Произнеси его.
– Тай.
– Еще.
– Тай.
Сощурил желто-карие глаза и спокойно вымолвил:
– Оно тебе нравится, – утверждение, заставившее меня смутиться. – Хорошо, – и убил меня наповал: – Подойди и прикоснись ко мне.
Вообще-то это было два действия, но – к черту! – я хочу исполнить оба.
Прежде я скинула туфли, потому что вовсе не была уверена, что дрожащие ноги доставят меня до его кресла.
– Прости… гм… – я с трудом отрываюсь от своего кресла и ступаю первые шаги навстречу на носочках, будто мне суждено пройти по раскаленным углям или битому стеклу: – Где именно мне разрешено трогать?
Он рассмеялся, но его взгляд, напротив, ожесточился, кадык дернулся – я поняла, что Тайгет на взводе. Его ноздри раздувались, желваки на щеках двигались. И, тем не менее, он был неподвижен, словно все небесные ангелы крепко держали его на месте.
Я остановилась.
Между нами не осталось ничего, что могло помешать нам обо всем забыть. Не знаю, существовало ли пространство или его придумали физики, но преодолеть его, просто протянув руку, мне было сложно. Будто продираясь сквозь толщу времен, предрассудков, страхов и боли, я потянулась к лицу Тайгета Касара…
… из его горла вырвался тихий короткий стон.
Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.
Мои пальцы осторожно скользят по его щеке – помоги Всевышний!
Когда-то давно я упала в бездну – она оказалась слишком глубока.
Я касаюсь уголка его рта и громко втягиваю воздух сквозь зубы.
Словно слепец я внимаю свои рукам, будто нет ничего более естественного на свете, чем прикосновения.
Тай распахивает губы, слегка обхватывая мои пальцы – позволяя скользить свободно.
Как же… хочу поцеловать его…
Пожалуйста. Умоляю.
Меня сжигает изнутри – я всхлипываю.
Потребность так сильна, что я теряю контроль. Он – все, что мне нужно. Все, что я хочу. Все абсолютно.
Пальцы другой руки зарываются в его волосы, заставляя его запрокинуть голову и открыться мне. Он так беззащитен сейчас и подвластен мне, что я с шипением прижимаюсь губами к его губам.
Все внутри него напрягается – незримая энергия черным вихрем метет между нами.
