Автор
В книге "Дочь кукушки" Ольги Иконниковой мир магии подвластен только высшим статусам общества. Когда героине Вивьен десять лет, она узнает, что сама - не кровь родителей, а кукушка издалека прилетела и вынуждена скрывать свое происхождение. Война между магическими народами унесла их в кухню, где запахи и звуки готовки стали для сестер тайным от всего мира сообщником: они прячутся под маской простых крестьянок, не желая огласить свою тайну....
– И если в чём-то возникнет надобность, без стеснения обращайся к настоятельнице – она сестра моего доброго друга графа де Рошфора.
Сопровождала в пансион меня мадемуазель Катриона – худшую собеседницу я и представить себе не могла. Разумеется, она всю дорогу потчевала меня «полезными» советами.
– Ведите себя достойно, мадемуазель! Помните, что вы представляете там герцога Аранакского!
После того разговора на кухне, подслушанного мною на кухне несколько лет назад, экономка стала сдержанней на язык – должно быть, сказывалось внушение его светлости.
– Это – один из лучших пансионов королевства, мадемуазель! – сообщила мне Катриона то, что я знала и сама. – Там учатся девочки из самых благородных семейств.
Она посмотрела на меня с сомнением, явно думая, что я – не того поля ягода, и настоятельница сильно погорячилась, приняв меня в пансион.
– Хотя лично я полагаю, что пансионы попроще в некоторых случаях куда полезнее, – она продолжала изливать на меня свои мысли.
Да-да, я хорошо помнила ее слова о том, что мне гораздо больше подошли бы уроки кулинарии и рукоделия. Повторить их сейчас она не решилась, но мнения своего явно не изменила.
Ночь мы провели на постоялом дворе. Мадемуазель Катриона уснула, едва коснувшись головой подушки, а вот я долго крутилась на набитом сене матрасе.
Я первый раз рассталась с Ви и нашим замком и уже ужасно скучала. Я не знала, как встретят меня в пансионе другие девочки. Узнают ли они о моем мутном происхождении? И если да, то как отнесутся к тому, что вместе с ними будет учиться та, в которой нет ни капли дворянской крови?
Не удивительно, что ночью мне снились кошмары.
Остаток пути мадемуазель Катриона была не менее разговорчивой, и я услышала, как она восхищается герцогиней («Ах, у ее светлости такой тонкий вкус!»), ценит герцога и одобряет Артура.
– Он такой достойный молодой человек! – она восторженно всплеснула руками, отчего книга рыцарских баллад, лежавшая у нее на коленях, упала на пол кареты. – Он столь умен и отважен, что, право же, заслуживает самой красивой невесты Линарии. Думаю, он обручится сразу же после окончания военной академии.
Мне почему-то неприятно было это слышать, и я сделала вид, что сплю.
Мы прибыли в монастырь к вечеру следующего дня.
