В Дочери скорпиона, ты не знаешь, в какую минуту всё изменится — когда лунка в расплавленном воске станет слишком глубокой для свечи и она потухнет, оставляя за собой тонкий дым. Старый маг, забытый книжкой под выцветшим фолиантом, не видит даже рассвета, который приходит после долгой ночи....
Только недалеко и быстро вернись!
Мантикора закивала, гарцуя и кланяясь, махнула крыльями.
— Кора! В твоём меню не должно быть волков и людей! — крикнула я ей вслед. — Если с волками не складывается, это не повод ими обедать. Я серьёзно!
Мантикора посмотрела на меня крайне укоризненно, ощутимо вздохнула и, хлопнув, крыльями, полетела над лесом. Ограничения в питании ей не нравились.
«Как я тебя понимаю, Кора. Мне тоже не нравятся ограничения».
А мне жизненно надо побыть одной и подумать.
С тех пор как я оказалась в этом мире, я всегда была под чьим-то присмотром.
Здесь тихо. Я сбросила плащ, села, скрестив ноги на мягкий осенний мох. Передо мной стояли разноцветные верхушки леса и посеревшее небо.
Пальцами я нащупала кулон. Цепь тихо брякнула, синий камень потеплел под рукой.
«Мне так нужны ответы. Пожалуйста».
***
Не знаю, сколько времени прошло, может полчаса-час. Внезапного озарения, как и силы не пришло, зато появилась какая-никакая ясность в мыслях, успокоилось дыхание.
Это Кора. Нам пора вернуться.
Обернулась и нахмурилась.
— Кора, да ты вся в крови! Как я должна теперь ле...
Я замолчала, не закончив фразу. В животе моей мантикоры торчали сразу две стрелы.
В животе. Моей мантикоры. Стрелы.
— Корочка! — ахнула я, бросаясь к своему монстру.
Мантикора жалобно заскулила, и грузно завалилась на бок, зубами пытаясь выдернуть стрелы.
— Стой, давай я! — я отчаянно потянула за торчащее древко.
Мантикора застонала.
— Потерпи, моя хорошая! Пожалуйста, только не умирай, — слезы полились из моих глаз, но я всё же собралась с силами и рывком выдернула стрелу из львиного тела, от чего мантикора протяжно взревела.
Кровь немедленно заструилась, впитываясь в черную шерсть.
— Ещё одна!
Рывок из всех сил, мучительно громкий рык, и я вытянула вторую.
Кора, тяжело дыша, подняла лапу, немедленно потянувшись вылизывать раны.
— Сейчас, моя хорошая, сейчас! — я вскочила на ноги и забегала, собирая мох.
Мох же должен останавливать кровь.
Надеюсь...
Несколько кочек сорвано, бегом назад.
— Кора! Дай мне приложить к ране!
Мантикора отрицательно мотнула головой, продолжая тяжело вылизываться.
Мне хотелось рыдать от бессилия. Я попыталась отодвинуть её морду, чтобы приложить мох, но мощная лапа отпихнула мою руку.
Мантикора продолжала усердно вылизывать раны.
