В лесной долине, где воздух царит в тиши, молодые люди Митька и Катя шутливо обсуждают уход Реваза. Вдруг Катя сворачивает с дороги не по инструкции, а надежды их обоих разрушаются на полном километре от места встречи. Приятельские отношения испытывают губительное влияние страсти и зависти....
В зале, в резной горке, рядком выстроились элитные вина, предназначенные проколотить понты перед важными гостями. В спальне, в полукруглом комоде в стиле ампир, Марат держал легкие вина для дам, да и те, что хотелось выпить самому в гордом одиночестве. А вот в подвале стоял специальный шкаф, призванный хранить молодое вино из собственного винограда. Но сейчас, в августе, вина там почти не осталось, а в новом году винный заводик еще не заработал.
«Раньше урожай помогал собирать Виталя. Он же и поливал виноград, когда были силы, а я надолго застревал в командировках или на гульках.
"— Там еще сыр есть, — кивнул Марат на холодильник, а потом замер, заметив, как к воротам подъезжает скорая.
— За Виталей приехали, — отрывисто бросил он, чувствуя, как внутри что-то оборвалось.
После отправки покойника в морг долго пили, обсуждая прежнее житье-бытье. А когда уже набрались достаточно, снова вспомнили про золото.
— Ну и где же оно? — рыкнул Руслан и добавил сердито: — Наше с Маратом дело — сторона. А тебе, Вовка, придется разбираться по новой.
— Да не хочу я, — словно крысеныш, ощерился Корнеев. — Вон брошку мамину у Катьки никак забрать не могу! А ты говоришь, два слитка. Батя деньги за них давно получил. К Науму у меня вопросов нет. Знал он и покрывал кого или просто по понятиям поступил, не знаю.
— А за Катей тогда зачем следишь? — изумился Марат.
— Не слежу я. А на фиг она мне сдалась? — фыркнул Корнеев. — Деньги только на слежку тратить.
— Подожди, — насупился Марат. — Ты же звонил мне, когда тебе донесли, что у меня роман с Катериной. И двоих бакланов я лично срисовал.
— Бакланы не мои, это точно, — фыркнул Вова. — И никто особо не доносил, — заметил он уклончиво. — Я в твоем кабаке в тот вечер был.
Марат еле сдержался, чтобы не дать ему в морду.
— Да это у моего брата тесты такие. Проверяет стервозность барышень. Одна орала как резаная, другая потребовала новое платье, а третья попросила жалобную книгу, — встрял некстати Руслан.
— А Катька? — хищно оскалился Корнеев. — Ногой в глаз закатала.
— Не-а, — довольно улыбнулся Марат.
