Мильтону раньше назначали по поводу и без, сначала как снотворное и успокоительное, но сейчас аптекари ее не делают, гильдия лекарей запретила.
Я опустилась на краешек стула и внимательно уставилась на нейта Энкеля.
— Запретила?
Хирург отложил в сторону очки и потер усталые глаза. Сегодня он успел принять несколько пациентов, но была и хорошая новость — гильдия обещала прислать ему в помощь двух практикантов! А это значит, что я буду свободна для других дел и успею больше.
— Да, потому что работы сразу нескольких знаменитых лекарей доказали, что мильтона вызывает помутнение сознания и зависимость. Некоторые специально пили ее ради этого эффекта.
— А беременным тоже назначали?
— Да всем подряд.
Я опустила взгляд и сжала пальцы в кулак. Заметив мое растерянное состояние, лекарь заботливо спросил:
— Ты думаешь, из-за нее у детей появились проблемы?
— Не исключаю, нейт Энкель. Мне надо больше информации. Вы ведь знаете, как хрупок процесс формирования новой жизни, ему может помешать что угодно.
Хирург вздохнул.
— Нейт Родеус несколько лет пытался разобраться с проблемой, разрабатывал методы лечения…
— Я знаю. Он издевался над детьми. Ледяные ванны, голодовка — это разве нормально? — я не хотела, но в голосе против воли зазвучала злость.
— Он не позволял вмешиваться в его дела, — произнес лекарь раздосадованно. — И я не знал о том, что он делал. Родственники отказались от этих детей.
— Поэтому за них некому было заступиться. Но я больше не позволю проводить такие бесчеловечные эксперименты. От них пациентам становилось только хуже!
Теперь у меня есть кое-какие знания. И кольцо. Но этого мало! Я бросила взгляд на тусклый медный ободок на пальце. Порой казалось, будто артефакт — одушевленный предмет, он сам знает, когда мне нужна помощь, но срабатывает далеко не на все. Разгадать бы его тайну!
Мне удалось найти документы на детей, которых привезли из разных приютов. Надо обязательно выкроить время и поговорить с руководителями. Может, удастся найти чьих-нибудь родителей, встретить того странного человека и отыскать следы маленького Терина, которого он забрал. Эта история не давала покоя, засела в голове занозой.
А сегодня нужно посетить занятия в магическом госпитале у нейта Грейвса. Я убаюкала Марусю и осторожно опустила в кроватку. Мы с ней пока оставались в палате, я пока не знала, куда можно определить малышку. Лилит и Марни обещали присмотреть за ней в мое отсутствие, но я с тревогой воображала, как Маруся расстроится, когда, проснувшись, не увидит меня рядом.
— Я могу остаться, — предложил Уголек и тут же прыгнул в кроватку. Девочка беспокойно вздохнула, ресницы задрожали. Я погладила короткий светлый ежик волос. Она была такой умилительной и, если бы не дела, я бы никуда от нее не уходила.