Я — ПОНЯТИЕ РАСТЯЖИМОЕ Видения проносились в голове невероятным калейдоскопом: отчаяние тысячи искр, жестокий грохот, холодный лед, дрожь мелкой пенаючей дрожью по всему телу. Затем — напряженная тишина, как морской прилив, захлебывающая волна ощущений.
Взяв в руки по кинжалу, наша весьма живописная группа лихо выскочила на сцену (при этом в очередной раз произошло не всем заметное чудо — мой скелет остался в сборе), и я запел «горячительное» из «Бременских музыкантов»:
А как известно, мы народ горячийИ не выносим нежностей телячьих,Но любим мы зато телячьи души.Любим бить людей и бить баклуши…Мы выделывали брейк-данс с кинжалами в руках. Парни, расположившись с двух сторон от меня, выдавали по максимуму. Я же только обозначал движения, не делая их полностью: как-никак после болезни все же, да и устал уже.
— Давай еще!
Подбежав к мешку с реквизитом, я повязал на бедра платок, на шею — несколько ниток бус, а в руки взял карты. Ребята уже играли подсказанный мотив. Пит и Нэт продолжили брейк-данс. Выбежав на середину стола, я, изображая цыганку, запел:
Говорят, мы бяки-буки,Как выносит нас земля?Дайте, что ли, карты в рукиПогадать на короля……О-ля-ля, о-ля-ля,Завтра грабим короля…Мы и не заметили, как к концу песни зал трактира превратился в музей восковых скульптур.
Даже после того как они вышли, все сидели молча, словно пришибленные. Я же, схватив деньги, бросился собирать реквизит, попутно кивнув парням на Арни, который сидел соляной статуей. Они правильно меня поняли. К тому времени как я все собрал, мои помощники уже дотолкали вялого Арни до дверей. Мы выскочили из трактира все вместе, свистнули своим и рванули подальше отсюда. Причем я заметил, что сейчас Арни был явно не способен меня нести.
"На адреналине мы за пятнадцать минут долетели до дома. Оба магистра, видя, как мы заскакиваем на полной скорости во двор, а следом двое тащат за руки и еще двое подталкивают в спину странного Арни, стояли, округлив глаза. Все попадали в изнеможении на траву, а «телоноситель» так и остался стоять. Увидев лицо нашего охреневшего главного охранника, магистры подскочили и начали ощупывать его, а потом лупить по щекам, но все было бесполезно.
