Проклятье, какого черта он в одночасье разрушил всю свою жизнь? Почему, порвав со своим первым настоящим любовником… Блэй не мог подождать пару лет, а может, с десяток, прежде чем выложить правду своим предкам, которые от него отвернутся. Но не-е-е-ет же, ему нужно было…
— Поэтому ты никогда не рассказывал с кем встречаешься? — спросила она. — Потому что…
Послышалось сопение. Потом сбивчивое дыхание.
Ее разочарование, передавшееся по проводам, было непосильной для него ношей, сдавившей грудь, не давая вздохнуть.
Он прервал ее, потому что не мог вынести того, как своим нежным голоском она произнесет эти слова.
— Мамэн, прости меня. Послушай, я наговорил лишнего, понятно? Я не знаю, что несу. Я просто…
— Что я или мы сделали…
И в этот момент он сломался, заплакав так тихо, как только мог. Ощущение того, что по мнению матери он опозорил свою семью лишь тем, что являлся тем, кто он есть… отказ в одобрении, который он никогда не преодолеет. Блэй просто хотел жить, открыто и честно, без извинений. Как все остальные. Любить того, кого любил, быть тем, кем он был… но у общества были другие стандарты и, как всегда и опасался Блэй, его родители являлись частью всего этого…
Блэй смутно осознавал, что мать что-то ему говорила, и приложил усилия, чтобы собраться с силами и завершить звонок…
— …что заставило тебя подумать, будто не можешь к нам с этим прийти? Что это изменит наше к тебе отношение?
Блэй моргнул, когда до него дошло, что он только что услышал и вник смысл ее слов.
— Почему… что мы такого сделали, чтобы заставить тебя почувствовать, что это как-то… унизит тебя в наших глазах? — Она прочистила горло, словно собиралась с силами. — Я люблю тебя. Ты мое сердечко, что бьется вне моей груди. Мне не важно, кого возьмешь ты себе в пару, будут ли у него светлые или черные волосы, голубые или зеленые глаза, мужские или женские признаки. Лишь бы ты был счастлив, ведь это все, о чем я беспокоюсь. Я желаю тебе того, что ты сам себе желаешь. Я люблю тебя, Блэйлок… Я люблю тебя.
— Мамэн… — Блэй осекся, когда снова потекли слезы.
— Я жалею лишь, что этот разговор произошел по телефону, — пробормотала она. — Прямо сейчас мне хотелось бы тебя крепко обнять.
Он неуклюже, хрипло рассмеялся:
— Я не собирался. В смысле, я не планировал это. Просто само как-то вырвалось.
«Забавный подбор слов», - подумал Блэй.
— Мне жаль, — начала она, — что у тебя не срослось с Сакстоном. Он очень милый джентльмен. Ты уверен, что между вами все кончено?
Блэй потер лицо, когда реальность для него так резко изменилась. Любовь, которую он знал, по-прежнему оставалась с ним. Несмотря на правду. Или, возможно… из-за нее.
В подобные моменты он ощущал себя самым удачливым сукиным сыном на свете.
— Ладно, значит вот, что тебе нужно сделать.