В старом особняке на Чистых Прудах, который не значится ни в каких документах, происходят странные события. Когда в дом к подругам Липе и Люсинде рухнет труп соседа, начнется цепь загадочных происшествий. Героиням предстоит разгадать тайну дома-призрака и понять, что на самом деле...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дом-фантом в приданое»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В старом особняке на Чистых Прудах, который не значится ни в каких документах, происходят странные события. Когда в дом к подругам Липе и Люсинде рухнет труп соседа, начнется цепь загадочных происшествий. Героиням предстоит разгадать тайну дома-призрака и понять, что на самом деле...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В старом особняке на Чистых Прудах, который не значится ни в каких документах, происходят странные события. Когда в дом к подругам Липе и Люсинде рухнет труп соседа, начнется цепь загадочных происшествий. Героиням предстоит разгадать тайну дома-призрака и понять, что на самом деле...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И не взял визитку!
Олежка остался с протянутой рукой, в которой была зажата визитка, и рассердился. Теперь придется хитроумным способом препровождать ее обратно в карман, да еще Олимпиада не стала разговаривать с ним на площадке, а зашла в квартиру и эту дуру приезжую за собой потащила!.. Еще не хватает!
Он вошел в квартиру как был, в ботинках и куртке, прошагал на кухню, где Олимпиада возилась с чайником, и возопил грозным голосом:
— Олимпиада!
Она бросила чайник, повернулась и спросила:
— Что тебе нужно?!
Приезжая дура стояла у окна, прижимая ладони к щекам.
— Липа, я хочу поговорить с тобой без свидетелей. И я требую, чтобы ты попросила свою подругу… уйти.
Олимпиада прищурилась — верный признак того, что она раздражена и вот-вот скажет какую-нибудь гадость.
— Я могу попросить тебя уйти. Хочешь?
— Что? — помедлив, спросил Олежка и побледнел. Олимпиада вдруг подумала, что он всегда бледнел и краснел, будто по собственному желанию.
Добровольский у нее на глазах ни разу не побледнел и не покраснел, даже когда на крыше ползал и с лестницы падал!
— Липа, я не желаю разговаривать с тобой в таком тоне!
— А я не хочу, чтобы ты обижал мою подругу!
— Какая она тебе подруга, черт побери! Рыночная шлюха!
Люсинда отняла руки от щек и посмотрела печально. И сказала тоже печально:
— Кто бы говорил!..
И вышла из кухни.
Олимпиада бросилась за ней, и Олежка тоже бросился, потому что вдруг начал понимать, что дело пахнет керосином, и все они оказались в комнате, где в кресле сидел Добровольский и листал дамский журнал.
Он посмотрел на Олежку с интересом.
Олежка отвернулся.
Почему он не учуял этот самый керосин раньше — непонятно, ведь он вообще-то был довольно чувствительный мальчик, и интуиция у него развита, и чувство опасности! Все это у него было, а керосин не учуял.
Прошляпил. Пропустил. Как он мог?!
Нужно было атаковать так, чтобы Олимпиада даже в голову не смогла взять, что он в чем-то виноват, чтобы она даже думать об этом не смела… Но как атаковать, когда чужой здоровый мужик, похожий на шкаф, так неторопливо сложил журнал, аккуратно вернул его на столик и свободно положил ногу на ногу?!
Чужой мужик ведет себя как хозяин в доме, где истинным хозяином был Олежка?! Или уже не был?
— Липа, — произнес он просительным, совсем не атакующим голосом и покосился на Добровольского. — Липа, сделай так, чтобы она ушла!
— Нет, — это вступил Добровольский, — все будет не так. Сейчас я спрошу, а Люся ответит. Вы ответите мне, Люся?
Вид у Люсинды был совершенно несчастный и растерянный.
— Что? — едва слышно спросила она.
