В мрачном кабинете посольства, где единственным украшением служит пустой стол и пара скрипяных стульев, штабс-капитан Бове нерешительно берет нож. Мадам Лерой медленно оглядывает просторный кабинет с нехарактерной для своего времени осмотрительностью. Здесь нет ни капли декора или даже легкой свечи — лишь мрачное деревянное диванчик и скрипящий кожанный стул, словно ожидая хозяина....
Похоже, «Дом, где тебя ждут» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
* * *ЧП с Анжелой Барановой взбудоражило сотрудников детского сада, и к кабинету заведующей Аглая шла под аккомпанемент охов и вздохов. Старший воспитатель Марина Александровна с побелевшим лицом стояла у стены и прикладывала ко лбу влажную тряпку. Повар Люба в знак поддержки показала Аглае стиснутый кулачок. Вахтерша Светлана Михайловна спешно нажимала кнопки мобильного телефона.
В кабинете заведующей остро пахло валокордином, а медсестра убирала в чехол аппарат для измерения давления. Уходя, она кинула на Аглаю тревожный взгляд и тут же отвела глаза в сторону.
Заведующая с прямой спиной сидела в кресле и одной рукой теребила бусы на шее. При виде Аглаи на ее щеках вспыхнул нервный румянец:
– Как вы, Аглая Леонидовна?
– Я не имею права работать с детьми, – непослушными губами произнесла Аглая, – я принесла заявление об уходе.
Чтобы не разреветься, она стала смотреть в окно, где качались ветки рябины. Весной они с ребятами подкармливали деревце жирным перегноем. Некстати подумалось, что на следующую неделю была запланирована раскраска рябиновыми мотивами.
– Аглая Леонидовна, у всех нас были ошибки, – заведующая встала и обняла ее за плечи. – Например, когда я работала воспитательницей, один мальчик принес мамины бусы и съел их.
– Как съел? – тупо переспросила Аглая. Она все еще находилась в оцепенении, хотя внутри уже нарастала нервная дрожь.
– Так и съел, бусинку за бусинкой, – она крепче стиснула руку на Аглаином плече. – Потом несколько дней в ночном горшке раздавалось: стук-стук-стук.
Если бы мы увольнялись из-за любого инцидента, то на земле не осталось бы воспитателей. Вы прирожденный педагог, Аглая Леонидовна, поверьте моему опыту. Дошкольное воспитание – ваше призвание. Я понимаю, сейчас вы в стрессе, на эмоциях. Идите домой и отдохните, а с мамочкой Барановой я сама разберусь. Надеюсь, удастся уладить дело миром, – она вздохнула, – в крайнем случае, пообещаю перевести девочку в логопедию.
Лучше бы заведующая кричала, ругалась и стучала кулаком по столу. Ее доброта мешала быть твердой, потому что хотелось уткнуться лицом в руки и сладко поплакать, откровенно выложив все свои проблемы. Но если остаться в саду, то завтра на месте Анжелы окажется другой ребенок.
