Трогательная история о доме, который остается в сердце. Герои вынуждены покинуть Родину, унося с собой лишь воспоминания и старый медный ключ. Судьба разбросает их по разным континентам, но стремление вернуться туда, где их ждут, станет путеводной звездой их жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Дом, где тебя ждут» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Трогательная история о доме, который остается в сердце. Герои вынуждены покинуть Родину, унося с собой лишь воспоминания и старый медный ключ. Судьба разбросает их по разным континентам, но стремление вернуться туда, где их ждут, станет путеводной звездой их жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Трогательная история о доме, который остается в сердце. Герои вынуждены покинуть Родину, унося с собой лишь воспоминания и старый медный ключ. Судьба разбросает их по разным континентам, но стремление вернуться туда, где их ждут, станет путеводной звездой их жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дом, где тебя ждут» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
С котом он говорил исключительно по-русски, при этом мысли тоже автоматически переключались с французского на русский. Мураками лениво задрал хвост и двинул вниз, слегка тормозя на матовом стекле ступеней.
В любую погоду Филипп пил дневной кофе на балконе. Летом ему нравилось наблюдать за игрой листьев старой вишни в миниатюрном садике, а зимой он заворачивался в плед и смотрел, как по сизому небу ползут серые облака. Обычно к полудню облака набухали солнечными лучами, отчего начинали матово светиться изнутри, словно были готовы прорваться и брызнуть на землю.
Когда Филипп устроился на балконе, время подходило к двенадцати часам. Солнце поднималось все выше, высветляя красные бусинки вишен в темно-зеленой листве. За оградой по улице медленно шла рыжеволосая девушка и смотрела на номера домов. Сосед напротив исступленно щелкал ножницами над зеленой изгородью своего садика.
Филипп подумал, что будет оригинально выдержать мансарду в сине-зеленых тонах моря.
Например, синяя мебель и зеленый ковер. Хотя лучше наоборот: зеленая мебель и синее пятно ковра, как озерцо. Или как лужа?
Отхлебнув пару глотков, Филипп размотал повязку с руки и осторожно пошевелил отекшими пальцами. Кожа вокруг пореза воспалилась, и рана еще кровоточила.
Жаль, что не удалось сразу дезинфицировать рану: он несколько раз мотался от месье Бернара в супермаркет и обратно, а потом помогал устроить беженцев на ночлег. Под горестные стоны месье Бернара люди улеглись там же, в шале, покрыв телами всю поверхность пола. Женщин с детьми устроили на надувных матрасах, а мужчины расположились кто где смог. Одни тощий паренек ухитрился оккупировать барную стойку.
Месье Бернар выглядел не краше тушки битого кролика перед разделкой. Он все время теребил себя за фартук и причитал, что разорен, до тех пор, пока Филипп на него не прикрикнул.
Те люди, лежавшие на голом полу, потеряли все. Если бы не разбомбили их страну, они были бы счастливыми и добродушными. Накрывали бы гостям столы, пели песни, растили детей. Они имели право озлобиться, потому что теперь им придется учиться жить заново.
Кто, зачем, с какой целью всколыхнул людское цунами, грозившее затопить Европу? Вопрос был риторическим, как и ответ, потому что обычные люди бессильны влиять на политику. Им остается только смиренно принять обстоятельства и помогать ближнему. Просто затем, что так надо, иначе мир погрузится в безвозвратный хаос.
«Делай добро, даже если не хочется или неможется, и тогда рядом с тобой будет стоять Бог», – как-то раз сказала тетя Варя.
Тогда она прилетела во Францию всего на один день, вся осунувшаяся и почерневшая. Вот так же, как сейчас, они вдвоем сидели на веранде и пили кофе. Его ужаснули круги под ее глазами и тонкие руки, ставшие почти прозрачными.
