На них стояли булочки, мед и апельсиновый сок – и все.
– Я умею варить яйца, – сказал Питер. – Потеряшка будет есть баранью котлетку?
– Она съест все что угодно, – сказала Чармейн. – Совсем как… совсем как мы. Хотя репу, наверное, не будет. Я бы не стала.
Ужин получился унылый. Питер сварил яйца, но они у него получились, если можно так выразиться, очень крутые. Чтобы отвлечь от них Чармейн, Питер спросил, как она провела время в Королевской резиденции. Чтобы отвлечь их обоих от того, что невозможно крутые яйца очень плохо сочетались с медом, Чармейн все ему рассказала. Питер очень заинтересовался тем, что король, по всей видимости, ищет золото, а еще больше заинтересовался появлением Моргана и Светика.
– И огненный демон? – переспросил он. – Два маленьких ребенка с магическими способностями и огненный демон в придачу! Наверняка у принцессы с ними хлопот полон рот. Надолго они приехали?
– Не знаю. Никто не говорит, – сказала Чармейн.
– Тогда спорю на два Послеобеденных чая и один Утренний кофе, что принцесса выставит их вон еще до субботы, – сказал Питер. – Ну что, поела? Я хотел показать тебе, что лежит у дедушки Вильяма в чемодане.
– А я хочу почитать книгу! – запротестовала Чармейн.
– Нет, – отрезал Питер. – Почитать можешь когда угодно. В чемодане полно полезного для тебя лично. Я тебе покажу.
Он отодвинул подносы с завтраком и пододвинул чемодан к Чармейн. Чармейн вздохнула и нацепила очки.
Чемодан был до краев набит бумагой. Поверх всего лежала записка, написанная красивым, но дрожащим почерком дедушки Вильяма. «Для Чармейн, – говорилось в записке. – Путеводитель по Дому». Под ней был большой лист бумаги, весь исчерченный перепутанными извилистыми линиями. На линиях через равные промежутки были нарисованы квадратики с надписями, и каждая из них у края листа кончалась стрелочкой, рядом с которой значилось: «Неисследованные области».
– Это упрощенная карта-схема, – объяснил Питер, когда Чармейн достала бумагу из чемодана. – Все остальное в чемодане – подробная карта. Она раскладывается. Посмотри. – Он взялся за следующий листок и потянул, и оказалось, что листок прикреплен к нижнему, а тот – к своему соседу и что они аккуратно сложены по формату чемодана. Карта вылезла на стол длиннющим зигзагом. Чармейн смотрела на нее с тоской. На каждом листе были аккуратно начерчены комнаты и коридоры, а рядом с каждым чертежом стояли аккуратные пояснения.
