Я не считаю достижение сверхсветовой скорости уделом ближайшего будущего. Умные, серьезно настроенные люди ведут разработки в этом направлении уже тысячу лет. Пока на сверхсветовой скорости не переместили ни одного бита информации, не то что тяжелую громадину вроде корабля. На этом ограничении зиждутся основополагающие законы Вселенной. Нарушать их — все равно что играть в го на шахматной доске — просто-напросто нельзя.
— На обратном пути расспроси энциклокуб о нарушениях каузальности. Я в свое время расспрашивала, потому что задавалась такими же вопросами. К чему ограничения? По какому праву Вселенная мне указывает? Я умница, а Вселенная — водород и пыль. Однако в данный момент последнее слово за Вселенной. Почитай энциклокуб, думаю, выяснишь массу полезного.
Я еще многое увидела и узнала, но в памяти почти ничего не отложилось. Вот я пожала руку Людмиле Марцеллин и заверила, что мы поможем ей воплотить мечты в реальность, — знания и умения нашей семьи к ее услугам. Моя свита — мадам Кляйнфельтер и члены совета управляющих наблюдали за мной, снисходительно улыбаясь, словно я исполняла эстрадный номер.
Они ведь даже не представляли, что у меня появилась идея. Сперва она казалась язычком пламени, который вспыхнул только для того, чтобы тут же погаснуть. Однако получилось наоборот — с каждым днем пламя разгоралось все ярче.
Людмила Марцеллин собралась увековечить свое имя — решила устроить настоящую космическую революцию. Столь грандиозный план одним умом не осмыслишь, не то чтобы в жизнь воплотить. Только отступать Людмила и не думала.
«Чем я хуже ее?» — вот в чем заключалась моя мысль.
На обратном пути произошло два интересных события.
— Марцеллины хорошо заплатят за наши знания и навыки? — спросила я мадам Кляйнфельтер.
— Скажем так, о финансовых проблемах можно будет забыть на весьма продолжительное время, даже если за Людмилой не потянутся другие. А они потянутся, вот увидишь. Даже если Людмила отправит свои корабли к Солнцу и разобьет каждый из тысячи, у нее найдутся последователи. А без мастерства Горечавок ни одному из них клонов не создать.
— Получается, мы у руля?
— Да, впервые за долгое время.
— Условия сделки с Марцеллинами уже оговорены?
Мадам Кляйнфельтер взглянула на меня так, словно я грязно выругалась:
— Детали оговорены еще не до конца, но суть соглашения…
— Нам нужны их корабли, — перебила я.
— Корабли строят для Людмилы Марцеллин. Как только флот будет готов, она свернет производство.
— Я не о самих кораблях, а о схемах. Металлический астероид мы найдем, если нет — выдолбим тот, что под домом, а вот схемы нужны, без них свой флот не создашь.
— Но ведь флот нам не нужен. — Мадам Кляйнфельтер упорно не понимала, о чем я.
— Мне нужен, — заявила я.