Фредерика Винг третье раз посмотрела на часы: до полудня оставалось всего несколько минут. Солнце жгло спину под льняным платьем, а чулки прилипали к коленям. Она знала — июль в Новой Англии может бытьparticularly знойным, но по крайней мере здесь было прохладнее Нью-Йорка. Винг третий раз взглянула на часы и бросила последний взгляд на Южный Саттон перед тем, как двинуться к своей встрече....
Голова у него обнажена, и длинные волосы перевязаны сзади чёрной лентой. Лицо у него смуглое, резко выступают скулы, словно он долго голодал. По лицу, по переносице орлиного носа проведена яркая жёлтая полоса.
Рот его открылся, губы зашевелились. Сьюзан почувствовала, что он говорит троим детям что-то очень важное. Вот он протянул руку и легко отобрал пистолет у Каролуса.
То, что он говорил, несколько ослабило страх детей; Джоанна, схватив Флориана за руку, кивнула и потянула Каролуса за рукав. Но тот отстранился от этого человека, не веря ему.
И вот — очень слабо и издалека (словно не просто из нижней части дома, а из-за пелены многих-многих лет) — Сьюзан услышала шум. Человек быстро оглянулся, схватил Каролуса за плечи, подтолкнул его вниз по ступеням и поманил остальных двоих за собой.
Они спустились вниз — и Сьюзан с ними, хотя то, за чем она следила, так её поглотило, что девочка почти не заметила, что действительно спускается по лестнице. Они оказались в нижнем холле.
Её буквально окутало ощущение страха, смешанное с необходимостью торопиться, — нужно что-то сделать, и быстро.
Большая дверь в погреб чуть приоткрыта.
Сьюзан хотелось остаться на месте, в этой кухне, стены которой затянуты туманом. Но остальные тянули её за собой. Свеча давала очень слабый свет. Помимо большого, главного страха, появился и другой, малый: она теперь боялась споткнуться и упасть на каменный пол внизу. Но кое-как ей удалось спуститься. Вход в кладовую куда-то пропал, она увидела это даже при слабом свете.
Страх, который был так силен вверху, вновь возвратился.
