Фредерика Винг третье раз посмотрела на часы: до полудня оставалось всего несколько минут. Солнце жгло спину под льняным платьем, а чулки прилипали к коленям. Она знала — июль в Новой Англии может бытьparticularly знойным, но по крайней мере здесь было прохладнее Нью-Йорка. Винг третий раз взглянула на часы и бросила последний взгляд на Южный Саттон перед тем, как двинуться к своей встрече....
Она снова отчасти стала Джоанной, очень небольшой частью, и тьма… и то, что делал этот человек… заставляли её съёживаться от ужаса. Что-то произошло со стеной. Появилось отверстие, тёмное и ещё более пугающее. Появилось там, где только что был прочный камень.
Очень долго Джоанна не шевелилась. Сьюзан хорошо чувствовала её страх перед темнотой, страх перед этим местом, которого она не знала и куда не хотела входить. Но взглянув на Флориана и прижав мальчика к себе, к своему платью с широкой юбкой, она всё-таки вошла, и Каролус за ней, высоко держа над собой свечу.
"Человек в зелёной куртке снова повернулся лицом к стене, положил руки по обе стороны от отверстия. Сьюзан опять не увидела, что произошло, только отверстие закрылось. И тут же исчез и человек. Тьма, густая, чёрная и ужасная, схватила её, она закричала, от крика перехватило горло.
Тьма — она захвачена тьмой — навсегда… навсегда…
— Майк! Таки! — у неё хватило сил, чтобы сопротивляться тьме, произнести их имена.
— Сьюзан! Майк! Такер!
Что это? Она больше не одна.
— Пожалуйста… — девочка начала говорить высоко, криком, а закончила почти стоном.
Вокруг засиял свет, яркий, на мгновение Сьюзан ослепило, так что она смогла только мигать. Она вернулась назад, она снова очутилась в той комнате, где они нашли Такера, бьющего по стене, по стене, в которой когда-то открылась и закрылась дверь.
Сьюзан почувствовала такую слабость, что испугалась, как бы не упасть. Майк стоял рядом. И здесь же — Таки. Он смотрел прямо на стену.
— Мисс Хендрика, что случилось? Что здесь происходит? — послышался голос миссис Кингсли.
Сьюзан чуть повернула голову. У входа в кладовую стояла бабушка Хендрика. Руки её были прижаты к щекам, лицо побледнело, глаза широко раскрылись. Как и Таки, она смотрела на стену. И Сьюзан поняла, что все они видели, а может, и почувствовали то же, что она.
— Это здесь, — Такер указал одной перевязанной рукой. — Они так долго ждут — прямо здесь.
— Хорошо, Так, — Майк прошёл вперёд и прижал к себе брата.
Не пытаясь высвободиться, Такер продолжал смотреть на стену, потом повернул голову к Майку.
— Они хотят выйти.
Майк кивнул.
— Мы их выпустим, Таки, как только сможем.
Сьюзан медленно покачала головой. Даже сейчас она не могла поверить, что это не кошмар, что всё это ей не приснилось. Давящий страх исчез, осталась только сильная слабость — как после простуды в прошлом году.
