В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
Веди себя, как подобает моей дочери и вдове Люсьена де Гралье. Иногда в сложные моменты правила хорошего тона и светское воспитание — единственное, за что удается спрятаться. Умение держать человека на расстоянии еще никому не навредило. Надевай лучшее платье и доброжелательную улыбку и вперед.
Арман поднялся навстречу растерянной Свете и раскрыл объятия.
— Не плачь, Лана, — пробормотал он, когда она прильнула к его груди и зарыдала. — Не плачь. Никто не станет силком тянуть тебя под венец. В мире полно холостых миллиардеров, глядишь, хоть один из них обратит внимание на мою бедную дочку-дурнушку!
Света стукнула кулачком отчима и, высвободившись из его рук, бросилась к себе в комнату.
Когда закрылась дверь, Витька расхохотался, а Лиля сдержанно улыбнулась.
— Пожалуй, ты поступил правильно, — хмыкнул де Анвиль. — Этот Бал и желание настоять на своем приведут ее в чувство. Лане давно пора воспрянуть духом, а то ходит как привидение.
— Ясен пень! — отмахнулся Пахомов и, с трудом поднявшись, заковылял прочь.
Оставшись наедине с супругой, де Анвиль привлек Лилю в объятия и прошептал нежно:
— Купи себе самое изысканное платье и надень бабкину рубиновую диадему.
— Я думала одолжить ее Свете, — вздохнула Лиля, удобно устраиваясь в кольце рук мужа.
— Свете дадим бриллиантовый кокошник и подходящее к нему колье, пусть у этого мерзавца зубы сведет.
— А ты мстительный, Арман, — довольно улыбнулась Лиля, — Бедный мальчик уедет ни с чем."
"— Если он любит нашу Лану, значит добьется своего, а вот если начнет подсчитывать стоимость ее украшений, мы это заметим сразу.
— Ты думаешь, что он обратится к адвокатам? — встрепенулась Лилия.
— Мне бы не хотелось воевать из-за ребенка, моя дорогая. Но если этот человек — настоящий мужчина, то свое дитя он не бросит. Поэтому как только Арсений поймет, что окончательно потерял Лану, то закидает нас исками и требованиями. И мы, не желая предавать огласке некоторые интимные подробности из жизни Ланы де Анвиль, согласимся на многое.
