В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
— Единственная на веки вечные!»
И поймав нетерпеливый взгляд Ланы, заметил примирительно:
— Осталось только веревку раздобыть и попробовать подлезть к окну. Или… — он серьезно посмотрел на Эжена. — Я тебя подниму как можно выше, а ты поговоришь с Пахомовым.
— Классная идея, — глаза мальчика сверкнули радостно. — А вы мне нравитесь, — воскликнул он громко. — И Олеся рассказывала, какой вы хороший.
— Эжен, — строго предупредила Света и добавила что-то на французском.
— Ладно, — усмехнувшись бросил Сеня. — Давайте попробуем.
— Это нервное, сейчас пройдет, — отмахнулась она. — И есть хочется.
— Я тоже всегда есть хочу, — хмыкнул Гаранин, кивая на ее живот. — Мой сын — и этим все сказано.
Он накинул ей на плечи пиджак и велел Олеське:
— Поиграйте в обнимашки, а мы пока с Женькой найдем способ позвонить.
Дети кивнули, и Олеська бросилась к Свете. Обняла ее, забравшись под пиджак, а Эжен принялся стаскивать спортивную куртку, чтобы ничто не стесняло движения.
— Бери сразу телефон в зубы, — скомандовал Гаранин. — Я подниму тебя, на сколько смогу, а потом ты аккуратно вскарабкаешься по стене, а я буду страховать. Станешь мне на плечи, одной рукой схватишься за флагшток или за подоконник, понял?
— Конечно, — махнул рукой мальчик, и Арсений заметил у него на руке витой веревочный браслет.
— Откуда он у тебя? — осведомился Гаранин угрюмо. — Интересная вещица.
— Это папин, — пробурчал Эжен, глотая слезы. — Я ношу его не снимая. Нашел в папиных вещах уже после автокатастрофы. Привесил его любимые болиды.
— Это паракорд, малыш, — улыбнулся Арсений. — Твой папа нам сейчас и поможет.
— Что? — насторожилась Света. — При чем тут Люсьен? Зачем ты расстраиваешь ребенка?
— Милая, — аккуратно заметил Арсений, понимая, что нужно подробно объяснять.
«А то спал на могилке невинно убиенного папаши, теперь предложу распустить амулетик от погибшего мужа. Самодур и валенок», — хмыкнул про себя Арсений, а вслух принялся обстоятельно излагать:
— У Женьки на руке браслет выживания, милая. Специальным образом сплетенная веревка. И сама веревка не простая. Это паракорд. Из него делают стропы парашюта. Он выдерживает вес нескольких человек.
