В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
Нервы ни к черту!
Гаранин подъехал почти вплотную к тому участку изгороди, где вынимались прутья, пропуская гостей во двор, и сразу посветил фарами на входную дверь. Та оказалась незапертой.
— Надя, чтоб тебя… — выругался он и опрометью бросился в дом. Света едва поспевала за ним.
Честно говоря, Арсений и сам не знал, что обнаружит в пустой нетопленной избе. Но заслышав сзади шаги «жены», приосанился и сделал вид, что все в порядке вещей.
Он вошел в сени и крикнул зычно:
— Есть кто живой, товарищи тунеядцы?
Ответа не последовало.
— Веди, — согласился Гаранин и в два шага оказался в большой темной горнице с остывшей русской печью.
«Если выдохнуть, то облачко пара обеспечено», — хмыкнул он про себя и попытался осмотреться в пустой хате.
Сзади «жена» нетерпеливо нажала на выключатель и, как только комната озарилась ярким желтоватым светом, бросилась прямиком к топчанчику, где еще накануне играла с Олеськой. Света присела рядом и принялась рыться в уложенных там горой тряпках.
— Что на тебя нашло? — присвистнул Арсений, она не ответила, а он, подойдя поближе, сразу все понял. С огненным румянцем, расползавшимся по детскому личику, в груде тряпья лежала Олеська. Одна! В нетопленной хате!
— А Надя где? — удрученно поинтересовалась Света, ощупывая лоб и шею ребенка. — Сколько она тут лежит одна?
— Надежда, видать, запила, — недобро хмыкнул Арсений. — Нужно затопить печку и глянуть, что есть из лекарств.
— Что тут может быть? — гневно сверкнула глазами Света. — Лучше подумай, как перевезти малышку к нам.
— Посадим между нами. Ты ее только крепко держи. Но лучше тогда отвезти в Крушинино. Там хоть фельдшер имеется.
— А у него под задницей аптечный склад? — топнула ногой Света, поднимаясь с топчана. — Там небось кроме зеленки и валидола ничего нет.
Гаранин спорить не стал, прекрасно понимая, что лялька права.
— У тебя антибиотики есть, сами уколем, — решила Света. — Тебе вон только Пряшниковы две упаковки анвилевских препаратов привезли.
— Все-то ты знаешь, — хмыкнул Джин, понимая, что другого выхода нет. — Но это инъекции дпя взрослых, дпя детей они опасны, — попытался вразумить он неученую девицу.
— Нужно позвонить, узнать, — поморщилась она. — В аннотации описаны случаи, когда можно колоть и детям.
— Ладно, — буркнул Гаранин. — Олеську тут оставлять все равно нельзя. Поехали к нам!
— Она без сознания и у нее жар, — пробормотала Света.
