В глубине ночного леса у Змеиного озера, Карина Кикмарина чувствует себя дома. Растительность вокруг не дает ей знать о своих существах, открываясь только при ее присутствии. Этот мир под водой, полный чудес и тайн, становится местом, где она может быть сама собой.
– Почему вы кричите, Влад? Давайте-ка вы успокоитесь и не будем пугать людей…
– Я не только кричу, я еще и статью напишу. Завтра же ждите ее в газете! – гневно пообещал Пивоваров, покосившись на Василия Глебовича. – Может, это заставит вас передумать?
– Вы очень подлый человек, – спокойно изрек Чернокнижец-старший.
– Зато вы тут все просто ангелы! – фыркнул Пивоваров, размахивая руками. Он едва не ударил Дениса, но парень успел отодвинуться.
– Да выведите его отсюда! – возмущенно крикнул кто-то из толпы. – Какой позор! А еще сотрудник газеты!
Егор Зверев и Платон Долмацкий, переглянувшись, одновременно двинулись вперед.
– Мазня! Любительщина, – вопил Влад, безумно хохоча. – И вы еще имеете наглость вывешивать это на всеобщее обозрение? Выставлять эти восковые куклы? Да ни одна из них не похожа на оригинал! Ни малейшего проблеска таланта! Надо было вместо картин повесить на крючки самих художников, вот тогда экспозиция стала бы куда интереснее!
– Не слушай его, – сказала Луиза побелевшему Денису.
– Я сейчас же сяду за ноутбук, – пообещал Пивоваров прежде, чем его вышвырнули за дверь, – и напишу правдивый отзыв об этой так называемой выставке! Вы долго не забудете мою статью!
* * *Тимофей еще не совсем отошел от шока, испытанного при виде копии своей матери. Он так и стоял у витрины, глядя на нее, когда позади возник чей-то высокий силуэт. В стекле Зверев разобрал отражение Алексея Корфа.
– Все же она была великой женщиной, – отметил Корф, приближаясь. – Фильмы с ее участием я могу пересматривать бесконечно. Привет, Тимофей. – Добрый вечер, – выдавил парень в ответ.
– Очень рад тебя видеть, – мягко улыбнулся Алексей. – И позволь выразить тебе свои самые глубокие соболезнования, ведь мы с тобой не виделись с тех пор, как… Ну ты понял. Тимофей понял и с трудом проглотил горький комок, вновь подступивший к горлу.
– Поговорим? – предложил Корф, кивнув в сторону выхода.
– Да… Мне как раз захотелось куда-то выйти отсюда, – признался парень.
Они отправились в соседний зал музея, где было выставлено всевозможное старинное оружие. Посетителей здесь не оказалось, чему Тимофей был очень рад. В последнее время он не слишком любил столпотворений.
– Слышал, у тебя сейчас нелегкие времена в академии? – спросил Корф.
