Автор
В Доме в Мансуровском идет неожиданный приезд важного гостя, но это гость дорогой и любимый для хозяйки. Телеграмма подтвердила его назначение – двадцатого числа. В то же время девушка увязлась в панику, рисуясь перед сестрой по поводу своей собственной квартиры.
Вздрогнув, она медленно опустилась на стул. – Погнали меня, – тихо сказал муж. – Паршивой метлой погнали. Новый хозяин, – горько усмехнулся он, – новый ректор. Новая формация, понимаешь? Ведет себя как барин, как император, которому все позволено – увольнять, оскорблять, унижать! Ходит по коридорам, а за ним свита: «Да, Константин Максимович», «Как скажете, Константин Максимович», «Будет исполнено!». А он важно кивает. Еще бы – он царь и бог, у него полная власть, абсолютная, ты понимаешь? Хочу – казню, хочу – милую! Как будто нет ученого совета, нет кафедры, нет деканов! Говорю тебе – абсолютная монархия, тоталитарная власть, диктатура!
Профессор вспомнил, как разговаривал с ним новый начальник, сцена стояла перед глазами: «Вам, Александр Евгеньевич, пора отдыхать! Возраст, что вы хотите! Да и болезни ваши – дело серьезное! Один раз упали на работе – ждем второго? А кому отвечать? Мне? Нет, не хочу».
– Как тебе? – Александр Евгеньевич повернулся к Асе. – Дачу он мне порекомендовал! Рыбалку! Внуками моими интересуется! И отправил меня писать книжицы.
Ася молчала. «Только бы не приступ, только бы не повторный инфаркт! Саша этого не переживет», – подумала она и решилась:
– Господи, какое счастье! А я все прикидывала, как тебе это сказать, все слова подбирала. Какое счастье, Сашенька!
Она видела изумленное, растерянное лицо мужа.
