Автор
В Доме в Мансуровском идет неожиданный приезд важного гостя, но это гость дорогой и любимый для хозяйки. Телеграмма подтвердила его назначение – двадцатого числа. В то же время девушка увязлась в панику, рисуясь перед сестрой по поводу своей собственной квартиры.
"
"Чего она хочет? Поставить точку и выгнать его или остаться с ним, принять его ребенка и даже участвовать в его жизни: «Ты купил мальчику подарок на Новый год? Нет? Давай купим вместе. Ты подумал о летнем отдыхе? Давай подумаем вместе». Мальчик приходит к ним в дом, у него есть своя комната, здесь его чашка и одежда, игрушки и книжки. Они берут его в путешествия, ходят с ним в гости, празднуют его дни рождения.
Юля вздрогнула и открыла глаза. Нет, вряд ли. Вряд ли ей это подходит.
Услышала шаги и закрыла глаза.
Игорь зашел в комнату. Юля наблюдала за ним сквозь ресницы. Спортивное, все еще красивое тело, влажные после душа густые, с легкой сединой волосы. Стройные ноги, втянутый плоский живот. Как она могла не хотеть такого мужика? Как могла оставаться равнодушной, как могла отмахиваться: «Не сегодня, болит голова, я очень устала»?
– Иди ко мне, – не открывая глаз, сонно сказала она, – иди, я соскучилась.
И, обнимая знакомое и родное тело, вдыхая привычный запах его кожи, волос, решила: «Никому не отдам. Фигушки! Не отдам. Мое».
Маруся видела, что Ася устает. Возраст есть возраст, и, как бы она ни крепилась, как бы ни скрывала, понятно, что ей тяжело. А это значит, что надо снимать ее с работы. Но как прожить на одну зарплату? Да, алименты от Леши хорошие и регулярные. А сколько ребенку надо? Новая куртка на весну, новая дубленка на зиму. Зимние сапоги, демисезонные ботинки. Школьные и выходные туфли.
Турция надоела, да и не любила Маруся Турцию. Любила Испанию, побережье Коста-Брава. Это приличные деньги, а в отпуске хочется расслабиться и не считать копейки.
На отпуск Маруся копила весь год. Да и вообще хотелось дать дочке лучшее. Тома не требовала, она не была избалованной, но это были вечные Марусины комплексы: ребенок растет без отца, и в этом виноват не он, отец, а она, мать.
Юлька смеялась. Как всегда, смеялась над младшей: «Ну да, а там, в гарнизоне, Томочке бы точно было лучше! Вот там была бы жизнь, правда, Мань?»
Конечно, Юля права: у Томы английская спецшкола, плавание, музыка, художественная школа. Подружки у нее из приличных семей, своя комната, заботливая бабушка Ася, вечно токующая беспокойная мамаша, любящая тетка.
