Автор
Дучир Дарроу, будучи вампиром, пытается устроиться в мастерской и проникнуть в особняк, но его планы рушатся ловушкой. Заговор кукол и тайны Величества Королевы Виктории оборачиваются опасным противостоянием, когда Дориан оказывается в центре интриг.
Раздел Chitat.online для книги «Дориан Дарроу: Заговор кукол» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
О да, клирик-неудачник, тихий пьяница и, вероятно, игрок — вот компания, достойная меня. И я сам выбрал этот путь, так чего уж тут?
— Громко топаешь, — сказал Персиваль, разглядывая меня. А я в свою очередь разглядывал его.
Оба неудачники. Отщепенцы, только я — добровольно, а он — вынужденно. Еще несколько месяцев, и мы окончательно сроднимся в своем брюзгливом недовольстве жизнью. И будут ежевечерние посиделки, жалобы и тихая ненависть друг к другу.
— Видел я как-то кошака, которому скипидару под хвост плеснули, — сказал Персиваль и поскреб щетинистый подбородок. — Ты на него похожий. Чего опять?
Ничего. Ровным счетом ничего, что заслуживало бы внимания.
— Уйди, — я попытался говорить спокойно, но голос все же дрогнул.
— Неа, — ответил Персиваль и, зайдя, аккуратно закрыл дверь. — Давай, дружище, выкладывай.
Дружище. Как далеко эволюционировали наши отношения.
— Ты мне не друг, — отчетливо произнес я, чувствуя, как нервно трясутся руки. — И я тебе не друг. Мы друг другу — никто.
— Кто бы сомневался.
Персиваль пошел на меня. Движения его приобрели нарочитую медлительность и некую текучесть, каковая предупреждала об опасности.
— Ты мне не друг. Никто никому не друг. Друзей вообще не бывает, дружище Дориан, — тяжелая ладонь легла на плечо. — Дружище — это так, словцо такое. Не мудаком же тебя называть? На мудака ты точнехонько обидишься.
Его улыбка была страшна.
— Отпусти. Я не хочу с тобой драться.
Не сейчас и не здесь. Господь всеблагой, ну почему сегодня все решили высказать свое нелицеприятное мнение на мой счет?
— А мы и не будем драться, — ласково заверил Персиваль. — Зачем оно нам?
Не знаю. Я уже ничего не знаю.
— У тебя бывало так, что… что тебе казалось, будто ты знаешь другого человека, как себя или даже лучше чем себя, а на проверку выходит, что…
— Что хрена ты не знаешь, а все, чего ты там себе знал — придумка.
— С сестрицей свиделся, а она тебя послала и далеко?
Что ж, порой Персиваль был до отвращения прозорлив. К счастью, удовлетворившись кивком, он не стал выяснять подробности и, отпустив меня, прошелся по комнате. Тронул львов, он ковырнул пальцем поблекшее золото гербовых лилий, у зеркала застрял надолго, напряженно вглядываясь в собственное нескладное отражение.
А я вдруг понял, что злость, меня терзавшая, отступила.
— Бывает, Дорри. Со всеми бывает.
Невнятное пожатие плечами: мол, понимай, как знаешь. А я не хотел сегодня копаться в загадках чужих душ, ведь собственная саднила неимоверно.
