В глубине леса заходите — это совсем другой мир, где каждый шаг определяется долгом и правилами. Король Алаиды не может позволить себе заблудиться, даже если сердце просит отвлечься на простые удовольствия. Встречаются с ужасной реальностью — когда ты сам король, ценой чести можно обрести власть и славу, но поставить все на карту ради личного удовольствия было бы бесчестно....
— Что ты знаешь о королевских порядках, — презрительно бросил принц.
Ну, при учете того, что Гэбриэл был лично знаком с гораздо большим количеством глав государств, чем сам Эмир...
— О, ровным счетом ничего, — равнодушно ответил он.
Ноздри принца раздувались от гнева.
— Учти, — он погрозил указательным пальцем, — ты спас мою жизнь, я это ценю, но не вздумай открыто оспаривать мои решения, когда мы окажемся в Иканоре. Это недопустимо.
Теперь Эмир напоминал индюка, как никогда.
— Ты меня понял? — каждое слово принца было сдобрено порцией желчи.
Гэбриэлу захотелось закатить глаза и послать его куда подальше, но он сдержался.
— Понял, — ответил он. Что ж, пусть Эмир устраивает свое шоу, это его королевство.
Процессия подъехала к ним. Ехавший впереди спрыгнул с коня. Это был мужчина лет сорока, высокий, подтянутый, с легкой проседью в темных волосах и бороде. Его глаза лучились радостью.
— Ваше высочество! — выдохнул он и отвесил Эмиру поклон до самой земли. — Вы живы! Это правда!
— Кто это? — шепнул Джоф принцессе.
— Ноквелл, — ответила Эрилин, почти не разжимая губ, — много лет был правой рукой моего отца, а с тех пор, как Ридок стал активно участвовать в делах королевства, Ноквелл отдалился от дворца, и отец произвел его в главнокомандующие армии и королевской стражи.
Тем временем Ноквелл устремил взгляд на принцессу, его глаза расширились.
— Ваше высочество? — ахнул он.
— Моя сестра спасла меня из плена, — сказал Эмир, — и помогла вернуться сюда.
Ноквелл выдохнул и устало провел рукой по лицу.
— Слава Богу, — пробормотал он. — Я так и думал.
Эрилин натянуто улыбнулась, можно было понять и без слов, что она подумала, что одной веры было как-то маловато, когда ее заперли в темнице и предоставили на растерзание стражников. Гэбриэл тоже нахмурился, представив, что стало бы с принцессой, если бы тогда ее притащили не в его камеру.
— Ты приказал взять Ридока под стражу? — спросил Эмир.
Ноквелл вытянулся в струнку.
— Как и передал гонец.
— Его схватили?
— Не знаю, ваше высочество, я поехал встречать вас.
Эмир скрипнул зубами.
— Плохо. Его необходимо схватить, пока он ничего не успел предпринять. Он виновен в смерти моего отца и должен ответить за все.
Глаза Ноквелла подернулись праведным гневом.
— Будет сделано, ваше высочество.
— Хорошо, и не забудьте о его секретаре, — важно кивнул Эмир.
