В глубине леса заходите — это совсем другой мир, где каждый шаг определяется долгом и правилами. Король Алаиды не может позволить себе заблудиться, даже если сердце просит отвлечься на простые удовольствия. Встречаются с ужасной реальностью — когда ты сам король, ценой чести можно обрести власть и славу, но поставить все на карту ради личного удовольствия было бы бесчестно....
— А потом убившую своего брата, — жестко закончила за него Эрилин. — Называйте вещи своими именами.
— Люди примут вас. На самом деле ни в одном законе не прописано, что трон наследуется по мужской линии, это была скорее традиция.
— Традиция на несколько сотен лет?
— Именно, — Ноквелл обрадовался, что она его поняла. — Я знаю это королевство, я отдал ему всю свою жизнь, и вас я знаю с рождения, и я уверен, что вы наша королева.
— Ох, — Эрилин потерла лицо руками, чтобы убедиться, что она не спит. Это просто безумие какое-то.
"— Я поддержу вас, как только смогу, — заверил Ноквелл, — мое имя тоже имеет кое-какой вес в Иканоре. Многие люди прислушаются к моему мнению.
Он выглядел искренне и говорил убежденно. Эрилин устремила взгляд на мага, ища подтверждения слов главнокомандующего, Лорис понял и чуть прикрыл глаза, что означало, что Ноквелл говорил правду.
На самом деле, больше всего на свете принцессе хотелось сбежать отсюда и никогда больше не возвращаться.
«А как же твой народ, а, принцесса?»
Ее отец, король Эрон, очень любил свое государство, души в нем не чаял, и теперь она просто не имеет права пустить под откос все его начинания, Эрилин обязана продолжить дело отца и править королевством достойно.
— Хорошо, — сдалась она. — Но я не справлюсь без вашей помощи.
— Я буду рядом, — заверил Ноквелл, — и буду верен Иканору до последнего вздоха.
Эрилин кивнула.
Охрана, теперь не отходившая от нее ни на шаг ждала у порога, но она задержалась, чтобы перекинуться парой слов с Гэбриэлом.
— Прости, что нагрубила тогда, — извинилась Эрилин. — Мне просто нужно смириться со всем, что произошло, и что я сделала.
Гэбриэл кивнул.
— Снова понять, кто ты. Я понимаю, — кажется, он действительно понимал. В его глазах не было ни капли укора.
— Когда ты уезжаешь? — ей было страшно задавать этот вопрос, но она была должна.
Хватит слов «могу» или «хочу», отныне у нее есть лишь одно слово: «должна».
— Тогда, когда я больше буду тебе не нужен, — ответил он.
— Ты знаешь, что ты будешь мне нужен всегда, — честно ответила Эрилин. — Я бы хотела, чтобы ты остался.
Он усмехнулся.
— Как кто?
— Как мой король, — слова слетели с губ прежде, чем она успела подумать.
«Он откажет, откажет. И это будет так унизительно».
— Эрилин...
