Противники сражаются пока один из них не признает себя побежденным…
— Если ты сдашься, матросы прикончат тебя, решив, что тебе пришла охота улизнуть от нас и унести с собой ключ от сокровищницы, — торопливо вставил Бемс, поправляя на Мгале пояс, за который был заткнут стилет."
"— …после чего победивший становится владельцем ""Забияки"" и капитаном корабля.
— Лив шутить не намерена и мечом владеет виртуозно. Она стремительна и вынослива, как тонг, так что старайся не затягивать бой и покончить с ней как можно быстрее, — напутствовал Бемс северянина и отступил к борту.
Тяжесть оружия заставила Мгала подобраться, а вкрадчивые движения Оливетты, ставшей вдруг удивительно похожей на учуявшего добычу хищника, укрепили сложившуюся уверенность в том, что предстоящий поединок потребует от него напряжения всех оставшихся сил. И все же убивать или калечить женщину, лишившуюся рассудка при известии о гибели мужа, ему очень не хотелось.
Приблизившись к северянину танцующей походкой, Лив, желая составить представление о мастерстве противника, сделала один за другим три выпада, на которые Мгал, следуя совету Бемса, ответил ударом, от которого щит девушки развалился на части, левая рука окрасилась кровью, а лицо исказила гримаса боли.
Пираты приветствовали его удар громкими воплями, но, занятый боем, северянин не понял, какие чувства преобладают в толпе — возмущение или одобрение.
Первая неудача придала Лив осторожности, движения ее стали еще более плавными и быстрыми.
Она скользила по палубе с грацией и стремительностью, созерцание которых в иной ситуации доставило бы Мгалу истинное наслаждение, однако теперь речь шла о жизни и смерти, и, с трудом парируя выпады сумасшедшей девицы, пытавшейся достать его своим мечом то справа, то слева, то сверху, то снизу, он мысленно согласился с Бемсом, признавая, что долго ему такой темп не выдержать. Дважды алебарда его со свистом проносилась на волосок от Лив, но та была начеку и, не пытаясь отражать сокрушительные удары, уклонялась, отскакивала, приседала и подпрыгивала, не испытывая, казалось ни малейшего утомления.
Подвижность ее была столь удивительна, что северянин не решался повторить прием, использованный им против седоусого гвардейца, — малейшая оплошность могла стоить ему жизни, уж слишком близко оказывался порой кончик меча кровожадной вдовы.