В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дорога особого значения»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И начальник лагеря стал размышлять, как бы ему поскорее вычислить такого человека среди безликой массы заключенных. Рыться в личных делах заключенных он не хотел. Во-первых, на это уйдет много времени, а во-вторых, как уже было сказано, что толку в тех личных делах? Чему в них можно верить и чему верить не следует? Поди разберись."
"А потому Сальникову необходимо поговорить на эту тему с лагерным «кумом» — оперуполномоченным. В лагере толковый оперуполномоченный, бывший фронтовик. Год назад его по ранению списали в отставку. Вернее, хотели списать, но он оказался человеком настойчивым и убедил-таки начальство не списывать его подчистую. Нельзя на фронт — так ведь можно определить его на какой-то другой участок. Сейчас везде война, так что он, молодой и красивый, пригодится и в других местах, а не только на передней линии фронта. И он своего добился. Точнее сказать, добился перевода в НКВД и назначения оперуполномоченным в один из сибирских лагерей. А именно в тот лагерь, где начальником — Сальников. Звать оперуполномоченного Егор Казаков. Вот с ним-то Сальникову и надо затеять разговор. Издалека, осторожно, чтобы лагерный «кум» ни о чем не догадался.
И такой разговор состоялся в тот же самый день. В принципе это был обычный разговор между начальником и подчиненным — такие разговоры случались периодически, да иначе и быть не могло. Должен же начальник лагеря знать, что творится в его хозяйстве! На то он и «хозяин», чтобы все знать.
— Ну, и как у нас обстоят дела? — спросил Сальников у Казакова. — Что слышно? Побег не готовится? Массовые волнения не затеваются?
— Сдается, нет, — пожал плечами Казаков. — А то бы я знал.
— Как блатные? — спросил Сальников.
— Да все так же, — ответил Казаков. — Загорают.
— То есть работать они по-прежнему не желают?
— С чего бы вдруг им загореться таким желанием? — с некоторым удивлением спросил Казаков. — Говорят: «хозяин» все равно даст нам пайку. Потому что так полагается по закону. Так зачем же работать? Уж что-что, а законы они знают.
— А что Подкова?
— А что Подкова? Сидит в своем углу в окружении свиты и держит в руках все нити. Как паук.
— На фронт бы их, — покрутил головой Сальников. — Мигом бы образумились.
— Это их-то на фронт? — удивился оперуполномоченный Казаков. — Видал я таких на фронте. Доводилось… Это здесь они благородные да храбрые. Когда их много. А там — мигом зароются в норы, так что и не выковыряешь их оттуда. Или перебегут к врагу.
— А что, бывали случаи? — нарочито равнодушно спросил Сальников.
— Бывали…
— Ну, и как?
— А что как? Поймали и отправили под трибунал. А там — дело известное. Не любят они воевать. Нет уж, пускай лучше сидят здесь, в лагере. Здесь им самое место.
