В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дорога особого значения»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он проследил, куда прошел заключенный, а затем демонстративно, не таясь, приблизился к нему и громко, чтобы слышали все, кто находится рядом, сказал ему:
— Бросай работу! Пойдешь со мной!
— Куда? — угрюмо спросил заключенный.
— Куда надо! — отрезал Казаков.
Провожаемые взглядами, они вышли из мастерской. Было уже совсем темно, поздно, и потому никто не попался им навстречу. Казаков привел заключенного в бытовку неподалеку от мастерской. Внутри нее было тесно. Света в помещении не было. В замызганное оконце проникали лишь несколько рассеянных лучей от далеких электрических фонарей, освещавших зону.
— Ну? — спросил Казаков у заключенного. — Что ты мне хотел сказать? Я тебя слушаю.
— Я знаю, кто убил тех людей, — объявил заключенный. — Всех пятерых…
— Говори, — сказал Казаков.
— Кто там? — неожиданно испуганным голосом произнес заключенный. — Вот — смотрит в окно!
Казаков резко повернулся к окошку — и это было его роковой ошибкой. Это решило исход дела. Заключенный сделал шаг и ударил Казакова ножом в бок — раз, другой, третий… На Казакове был полушубок, но разве может дубленая кожа защитить от ножа? Казаков охнул и упал на спину. Заключенный ощупью рванул пуговицы на полушубке, полы полушубка распахнулись, и заключенный нанес еще три удара в грудь Казакову — теперь уже ничем не защищенную.
Все было кончено. Заключенный затаил дыхание и прислушался. Кругом было тихо. Лежащий на полу оперуполномоченный не дышал. Крови из-за темноты видно не было, но она, несомненно, имелась. Осторожно, стараясь не запачкаться, заключенный положил нож рядом с телом оперуполномоченного и, неслышно ступая, вышел из бытовки. Отойдя от нее на десять шагов, заключенный тщательно, как только мог, осмотрел себя. Крови, кажется, нигде не было — ни на одежде, ни на руках. Но все равно на всякий случай заключенный долго тер руки и лицо черствым февральским снегом…
— Что, побеседовал с «кумом»? — подошли к заключенному два других заключенных, когда он вернулся в мастерскую. — Зачем он тебя вызывал?
— Спрашивал насчет убитых, — ответил заключенный. — Тех, пятерых… Интересовался, знаю ли я что-нибудь или, может, от кого-то что-то слышал…
— А почему тебя вызывал? — с подозрением спросил один из подошедших."
"— А почему не тебя? — парировал заключенный. — Откуда мне знать? Если хочешь, можешь спросить у него, когда он тебя вызовет.
На том разговор и закончился.
Глава 12
Февраль закончился, наступил март, за ним — апрель, а вместе с ним и весна. Конечно, апрель в Сибири — месяц весенний лишь условно, по календарю. А на самом деле продолжается все та же зима, все с теми же морозами, вьюгами и все с тем же страхом околеть от холода где-нибудь в неотапливаемом закутке.
