В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дорога особого значения»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— А то бы я почувствовал.
— А что, в польских тюрьмах тоже вербуют? — как бы невзначай спросил Подкова.
— А то! Там, знаешь ли, тоже есть свои «кумовья»!
— Ну, ступай, — сказал Подкова…
— И о чем ты с ним беседовал? — спросил Лыков у Раздабарова, когда тот вернулся.
— Да все о том же, — пожал плечами Игнат. — Кто ты, да что ты, да почему отказался от работы, да для чего тебя уводили под конвоем, да к кому водили… Ходил вокруг меня, как ухажер вокруг девки. Хитрый, гад! А, да и черт с ним! Ты-то как? Что-нибудь надумал в мое отсутствие?
— Кое-что надумал, — сказал Лыков. — Надо бы нам обратить пристальное внимание на начальника лагеря. Покопать под него, посмотреть на его личность вблизи и издалека… Да притом так, чтобы ему о том и невдомек было.
— Ну, ты меня и удивил! — скептически отозвался Раздабаров. — Да как же нам это сделать? Кто мы с тобой такие? Бесправные заключенные! А он — наш начальник! Что мы тут можем сделать?
— Мы — ничего, — спокойно ответил Лыков. — А вот, допустим, Карагашев — он сделает. Надо только ознакомить его с нашими умозаключениями и подать ему такую идею.
— Вот ты и подашь, — сказал Раздабаров. — Он обещал завтра тебя к себе вызвать. Якобы на допрос. Там и поговорите.
— Завтра так завтра, — согласился Лыков. — Надеюсь, до завтрашнего утра ничего необычного не случится.
Глава 16
Минул день, наступил вечер. Никто Раздабарова и Лыкова не беспокоил. Даже насчет работы и предполагаемого штрафного изолятора. То ли Карагашев предпринял какие-то меры, то ли усталому капитану по каким-то причинам было не до новых арестантов — Музыканта и Угрюмого. А может, их не трогали потому, что такова сложилась в лагере традиция: коль ты блатной, то какой смысл говорить с тобой о работе? Все равно без толку. Никто из заключенных-блатных в лагере не работал. Разумеется, это было против всяких правил, но ведь есть правила, а есть — устоявшиеся традиции. Они хоть и противозаконны, а все равно — попробуй их нарушить вот так вот, единым махом.
Да и не такой момент сейчас был в лагере, чтобы объявлять открытую войну тем же блатным. В лагере работала следственная бригада, лагерь, встревоженный, гудел, все смотрели друг на друга с подозрением, велись пересуды — кто же мог убить оперуполномоченного и, главное, за что? Кто-то склонялся к тому, что это сделали блатные, кто-то выдвигал другие версии, кто-то лишь пожимал плечами. Но, как бы там ни было, ситуация в лагере была такая, что уж лучше сейчас никого из заключенных без надобности не трогать и не злить. Не ровен час, вспыхнет какая-нибудь искра…
Настала пора отбоя. Заключенные улеглись на нары, шум и разговоры постепенно затихали. Раздабаров и Лыков также лежали на нарах. Было холодно, сверху и откуда-то с боков дули сырые сквозняки.
