В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
— Ты, главное, не паникуй, — между тем продолжала говорить бабушка. — И слушай своё сердце. Свою интуицию. Они плохого не пожелают. И да… Про свою кошку тоже не забудь. Она, наверняка, уже давно растаяла от твоего Дореченцева.
— Растаяла — не то слово.
— Вот видишь.
Весь оставшийся день Кристина провела за изучением дома. Он ей понравился. И, кусая губы от стеснения собственных мыслей, она пришла к выводу, что вполне себе представляет жизнь в нем. Есть, конечно, кое-какие предпочтения. Что бы она, например, изменила.
Чего греха таить, Кристина в первые часы хождения-брожения по дому искала в нем следы пребывания другой женщины.
Не нашла.
Неужели Семен ни с кем здесь не жил? Ни случайно забытых духов, помады, заколки. Ничего.
Этот факт понравился Кристине, как бы она себя не пыталась убедить, что ей всё равно, была ли у Семена женщина до неё.
Семен уехал. Предупредил, что ему надо встретиться с деловыми партнерами.
— Надеюсь, не убежишь?"
"Этот вопрос вроде бы и был задан с толикой иронии, но глаза выдали Дореченцева с головой. Он смотрел на Кристину слишком пристально, и ни о каком юморе не могло и речи идти.
— Так я же на охраняемой территории, — зато Кристина не отказала себе в удовольствии немного поехидничать.
Семен, бесцеремонно кинув кейс, подошел к ней опасно близко, обдав истинно мужским ароматом — смесью табака, алкоголя и парфюма. Этот запах немного удивил Кристину — ранее она не замечала за Семеном пристрастия к табаку. С другой стороны, что она вообще знала о нем, не считая того, что он её хотел?
Мужчина остановился, практически не оставив пространства между ними, и с приличной долей рычащих ноток протянул:
— Кристина.
На этом всё.
Девушка покачала головой.
— Ты сегодня особенно несносен, Дореченцев.
Дореченцев ещё раз посмотрел на неё, взглядом показывая, что он думает про её неуместные шутки, и лишь тогда, взяв кейс, вышел.
Делать было нечего, и Кристина принялась готовить ужин.
