В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Когда вошедший отшвырнул Григо, активно вылизывающего её промежность, Кристина разрыдалась. То ли от непонятного облегчения, то ли от вполне реального ужаса, что разворачивался на её глазах. Картинка восприятия была смазанной, и всё же вполне различимой.
Дореченцев схватил Григо, как потрепанного щенка, и швырнул через всю комнату.
Тот, ударившись о противоположную стену, оскалился, выпустил клыки и, казалось, через секунду ринется на противника.
Но нет. Григо остался стоять на месте, тяжело дыша.
— Эй, парень, полегче. Ты чего разбушевался? — насмешливо спросил он, сплевывая кровь на пол. Удар о стену был ощутимым.
Дореченцев страшно зарычал, не удостоив его ответом. Его горящий яростью взгляд был направлен на обнаженную девушку, что съёжилась на кровати.
— Вот же… — дальше последовало грязное ругательство.
— Семён, извини за беспорядок, — ещё один мужской голос врезался в сознание.
— Мать твою, Джон, а мой запах на ней тебя не остановил?!
— Мля, реально ведь… Подумал, что-то знакомое… С другой стороны, ты перетрахал половину Монако, на кой ляд мне было озадачиваться твоей шлюхой?
Ещё одно рычание.
— Понял. Больше не слова о леди.
— Джон, она моя! — Это Григо. — Ты обещал!
— Заткнись, придурок.
— Джон!
— Молчать, я сказал!
Кристина заскулила. Они могут спорить в другом месте? Пусть все уйдут! Катятся к чертям собачьим! Оставят её в покое!
Нет! Не все… пусть останется один.
Разум предал её, как и тело. Слова, раздающиеся в комнате, перестали доходить до неё, восприниматься. Она лежала на кровати в позе эмбриона с зажатой между ног рукой и продолжала тихо поскуливать.
Сколько времени прошло, прежде чем к ней снова прикоснулись — она не знала и знать не желала.
И вновь провидение сжалилось.
Плевать…
Пусть злится…
Лишь бы взял её…
Призывно подняла бедра.
— Сука!
Слово, от которого при других обстоятельствах она пришла бы в бешенство, сейчас не произвело никакого впечатления.
Как её обзывают… кто… Всё равно. Троньте. Приласкайте. Освободите….
