В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
И определенно, она не позволит более никому собой манипулировать. Сама будет принимать решения.
Осталось лишь потерпеть какое-то время.
В душе снова всколыхнулась злость на Дореченцева. Почему он не скажет, сколько ей с ним «расплачиваться»? Ему доставляет удовольствием играть с ней, забавляться. Мучить её.
В голове мелькнула совершенно абсурдная мысль — словно он мстит ей за что-то… За то, что она согласилась на уговоры брата? Глупости. Семен не знал ни её саму, ни её жизненных принципов. Он взрослый мужчина, матерый кошак, успешный бизнесмен.
Одни вопросы, на которые не стоит искать ответы.
А стоит приготовиться.
Потому что дверь ванной открылась.
— Прелестная картина. Тебе идет моя майка.
Голос Дореченцева словно резанул по натянутым нервам.
Удивило другое — эту фразу он произнес без насмешки. Не слышалось привычной иронии. Он словно констатировал факт, и только.
Кристина стояла к нему спиной. Обернуться? Оставить всё как есть?
Луна, помоги!
Девушка решилась на первое.
Медленно, удерживая полотенце на голове, обернулась.
И невольно сглотнула от представшей перед ней картины.
Да что же это такое…
Семён, в отличие от неё, не обременял себя лишней одеждой. Он вышел из ванной полностью обнаженным. Лишь на широких плечах спокойно покоилось белоснежное полотенце. Прикрывать бедра не счел нужным.
И Кристина снова смогла лицезреть его половой орган во всей красе. Он по-прежнему находился в возбужденном состоянии. Красивый.
Как ни печально было признаваться, Кристина считала Дореченцева привлекательным мужчиной. В ней заговорил художник. Она привыкла подмечать красоту. Любоваться ей. Запечатлять на холсте. А как ни крути, перевертыш, в чьей власти она оказалась, был хорош.
С него хоть картины пиши, хоть скульптуры лепи.
Про кошку она и вовсе молчала. Та жалобно заскулила, снова увидев мужчину обнаженным.
— За неимением лучшего, — стараясь сохранять видимое спокойствие, ответила Кристина.
И всё же её сердце предательски ёкнуло, по крови заструился огонь, грозящий рано или поздно сжечь, когда она увидела, как мужчина с нечитаемым выражением на лице направился в её сторону.
Что он задумал? Обнаженный и возбужденный!
Что ему снова от неё надо?
У них уже состоялась баталия в душе, она заслужила небольшую передышку!
Пришлось приготовиться. Другого варианта у Кристины не было.
Пока Семен к ней приближался, девушка забыла, как дышать.
