Автор
На улице тяжелый моросящий дождь уже третий день подряд, и хоть я работаю над новым приложением, трудно сосредоточиться. Я постоянно отвлекаюсь на струящийся шкварок дождя за окном, несущий с собой мысли о смысле жизни.
Хотя какая разница, намеренно или нет? Я это сделал.
– И ты столько дней молчал… Ты… – Александра осекается. Выглядит она так, будто сейчас рухнет в обморок.
Надеюсь, этого не случится. Мне достаточно ее недавнего шока после укуса насекомого. В тот момент сам был в шоке и всерьез опасался, что отлечу мозгами.
Кира умерла, по сути, у меня на руках, Ванесса… Еще одну смерть я бы просто не пережил. Хоть нервы как канаты, да и понимаю, что жизнь не вечная, но всему есть предел. Произошедшее с Александрой стало последней каплей.
– Как это случилось? – Саша почти шепчет, больше не сдерживая слезы.
Хочется выйти из кухни вслед за Даном, а еще лучше – пойти и утопиться. Желательно не в алкоголе. Но не уверен, что в Мертвом море у меня получится это сделать. Если только нахлебаться соленой воды, чтобы почки отказали. Хотя потрепанное сердце быстрее даст сбой.
– Что ты молчишь? – повышает она голос, уже рыдая. – Я хочу знать, как это случилось.
Что бы ни сказал, объяснения будут звучать недостаточно убедительно даже для меня самого. Мучительно видеть Александру такой, и еще более мучительно – осознавать, что все переплелось воедино и я не знаю выхода из сложившейся ситуации.
– Мы были в стадии переговоров. В обмен на свою свободу твой отец должен был передать мне информацию. Версаль вроде пошел на уступки. Главным для него было – защитить компромат. Там, полагаю, есть кое-что и о нем. Тебе лучше всех известно, что твой отец был вспыльчивым и сложным человеком, с трудом шел на контакт и диалог.
– У папы не было пистолета. Он даже в руках его никогда не держал…
– Он замахнулся на меня ножом. Возможно, хотел напугать… Не знаю, что было у него в голове в тот момент. Ванесса была рядом, инстинктивно она бросилась наперерез и попала под удар.
