Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Мотнул головой в сторону заправки, – Со мной пойдешь?
– Нет, – я подавила зевок, прикрывая рот рукой, – Кофе принесешь мне, ладно? Американо двойной.
– Ага, – Хабиб выключил двигатель, отстегнул ремень безопасности.
– Сколько нам еще? – я смотрела, как он тянется за легкой ветровкой, небрежно кинутой на заднее сидение, и непроизвольно жадно улавливала его густой мужской запах, сильнее щекочущий ноздри от каждого движения.
– Полтора часа Усего, – бросил Хабиб, выходя.
Хлопнул дверью и удивительно легкой для такого здоровяка, пружинистой походкой направился к магазинчику заправочной станции, на ходу натягивая куртку.
Какие-то секунды, незначительные мимолетные жесты, но я запоминала каждый из них, и они намертво отпечатывались где-то на подкорке с маркировкой ""его"".
"Наверно, это и есть любовь…
На улице было пасмурно, серо, но уже тепло. И вовсю пахло весной. Хоть снег, грязный, с прогалинами, еще лежал вдоль дороги, но воздух уже был пропитан преющей прошлогодней листвой и ожиданием новой жизни. Неуловимый, но такой знакомый, будоражащий запах начинающегося пробуждения природы.
Моя мать, Алсу Рашидовна, родилась сегодня, восьмого марта.
И мы с Хабибом выехали еще на рассвете в соседний регион, чтобы к обеду быть в городе, который раньше мне был родным, и поздравить маму лично.
И познакомиться заодно. Мамин день рождения оказался логичным и естественным поводом наконец встретиться.
Пока что Хабиб был для моих родственников лишь фотографией в интернете и папкой с досье, которое точно собрал на него отчим. Конечно, их это не устраивало. Мама извела меня вопросами: почему я так стремительно переехала в другой город, почему не познакомила их, уверена ли я в том, что поступаю правильно.
Ну и самый жуткий для меня и болезненный пункт из ее допросов с пристрастием: когда свадьба???
Что я могла сказать? Про свадьбу мы с Хабибом больше не говорили. Вообще.
И я теперь не была ни в чем уверена, но по-другому поступить в тот момент просто не могла. Да и вышло все будто само собой, без моего участия. Меня будто подхватило Сатоевским вихрем, закружило и унесло.
