Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Он так смотрел, стоя в паре метров от меня и засунув ладони в передние карманы…Насмешливо, но доброжелательно и как будто грустно. Хотя, велик шанс, что это всего лишь была игра моего воспаленного воображения. А Хабиб – все та же хамская сволочь.
Не зная, где правда, я стушевалась окончательно, впервые в жизни наверно, совершенно не представляя, что сказать.
– Обиделас чИто ли, Мадинка? – вкрадчиво поинтересовался Сатоев, чуть склоняя голову набок и пытливо вглядываясь в моё горящее от смеси стыда и смущения лицо.
– Нет, хотела побыстрей поздороваться со своими, – пришлось прочистить горло, чтобы продолжить говорить. Голос звучал глухо и враждебно. Ничего с этим поделать не могла. Да и не хотела, – Дай мне вещи – я пойду.
Заломила руки в нетерпеливом жесте, хмурясь. Желание сбежать от него и не стоять под этим скальпирующим черным взглядом я преодолевала сейчас с трудом. Хабиб недовольно сдвинул брови в одну, наблюдая за мной, поджал губы в тонкую, слегка презрительную линию. Помолчал несколько секунд, растягивающихся в утомляющую бесконечность, и ответил, словно выплюнул.
– Ща.
Развернулся и направился к машине.
Пока Сатоев доставал мою сумку из багажника, невольно пожирала взглядом его образ. Нет, я злилась, конечно, но…Ноги от пережитых ощущений подкашивались до сих пор, а внизу живота образовавшаяся пустота болезненно сладко тянула. И я не могла…Просто не могла об этом не думать! Вот его пальцы крепко перехватывают ручку чемодана, вот при этом мышцы руки напрягаются, перекатываясь под тонким черным свитером, вот на секунду задницей ко мне повернулся…Эх, несмотря ни на что, жалко, что пощупать ее не довелось…
Вот развернулся ко мне лицом и идет сюда, а мой взгляд так и прилип к той высоте, где была задница…Пытаюсь отодрать, но…Сглотнула вязкую слюну, раздумывая, как ему удается запихать свой аппарат для колоноскопии в обычные джинсы, и резко подняла глаза.
В черном взоре подходящего ближе Хабиба засверкали насмешливые, снисходительные искры.
"Я протянула руку за сумкой, когда он поравнялся со мной, но Сатоев только демонстративно перекинул ее на дальнее от меня плечо.
– Я донесу, – отрезал.
– Не стОит, – я снова упрямо потянулась за сумкой.
– СтОит, – надавил голосом Хабиб, хмурясь сильнее.
