Автор
Весна 1898 года принесла Лыкову новые испытания: шайка жестоких бандитов начала огульно разворачивать посреди Донецкого бассейна. Уже за месяц они грабили казенные и частные учреждения, убивая восемь человек. Взрывы и выстрелы создают напряженную атмосферу безвременной войны в деревне Донецка....
Дальше начались приготовления к осаде. Надворный советник отыскал место за печью, наиболее укрытое от выстрелов. Он велел постелить туда перины и поместить женщину с дочками. Девчонкам принесли за печь игрушки, даже поставили сбоку самовар. В хлопотах Савельева забыла о страхе и занималась ужином. Начало темнеть.
– Сергей Ильич, к вам два вопроса, – обратился к хозяину Алексей. – Первый: достали ли вы оружие и заряды?
– Да! Вот они здесь, взгляните.
Лыков осмотрел двустволки – годятся. Они были в хорошем состоянии, вычищены и смазаны.
– Все готовы? Тогда второй вопрос: как вы узнали о нападении?
Вместо Савельева ответил камердинер:
– Это я.
– Что вы?
– Прознал я. Через Авдотью.
– Так. Что за Авдотья? Сергей Ильич, изложите сами. А то мы до утра не выясним.
– Алексей Николаевич, может, по местам разойдемся? – стал канючить Савельев.
– Не бойтесь, у нас еще около часа в запасе. Рассказывайте.
Помещик вздохнул, оглянулся на окно, которое Лыков запретил закрывать ставнями, и начал:
– Авдотья – это здешняя вдова, она держит махорочную плантацию. И пытается женить на себе Григория…
– Нужна она мне больно! – вставил камердинер.
– …Нынче утром Авдотья вызвала его на крыльцо и там огорошила. К вам, сказала баба, ночью наведаются.
– Рябухин? Вот мы уже и фамилию атамана выяснили, – бросил агентам Лыков. – Но продолжайте.
– Баба сказала, что ее подослали они, чтобы предупредить. Мол, сопротивляться не нужно, отдайте все добро, какое есть, по-хорошему. Иначе убьем.
На этих словах голос хозяина дрогнул, и он снова оглянулся – на этот раз на жену с дочками.
– Что было дальше?"
"– Дальше? Содом начался, вот что было дальше! – нервно выкрикнул Савельев.
