Осень 1809 года. Молодой прапорщик Гончаров служит в Нарвском драгунском полку на Кавказской границе. В разгар войны с турками и персами он предстанет перед испытанием боем, где каждый поступок может стоить жизни. История о чести, долге и цене победы в условиях императорской России.
Здесь уже крутились казаки. Какие-то из их сотен уходили на юг или на север, какие-то подскакивали ближе к укреплениям и отскакивали в степь под гром пушек.
– Чего это они словно слепни у табуна вьются? – приставив к козырьку каски ладонь, сказал недоумённо Блохин. – Лихость свою, что ли, эдак показывают?
– А эти-то вон второй круг уже дают. – Очепов кивнул на скакавший отряд гусаров. – Суета какая-то.
– А может, они турок злят, заставляют их пороховой припас напрасно жечь? – выдвинул свою версию всего происходящего Смирнов.
– Да конечно, у них в крепости этого припаса цельные погреба, – отмахнулся Чанов. – Вспомните Гянджу или Шушу, братцы, там пороха на полгода стрельбы было. И это ведь ещё горские крепости, а у турок припаса-то поболее, чем у них, будет. Генерал же сказал маячить и османов пугать, вот они и пугают, глаза им от основного войска отводят."
"– Ну не зна-аю, – пожав плечами, пробасил Марк. – Только приступа сегодня точно не будет. Кто же среди дня на такую крепость полезет? Да и припаса штурмового никакого у нас нет, лестниц пехота вовсе не делала, фашинник и плетни не вязала. Попугаем ворога, да и обратно в лагерь поедем.
Как видно, так же думали и турки, пушечные выстрелы с крепости начали постепенно смолкать и бахали лишь изредка, отгоняя самые наглые казачьи разъезды, а специально выделенные подразделения русских всё продолжали маневрировать на глазах у неприятеля. Перед выстроенным в две линии Стародубовским полком пехота образовала четыре колонны, в промежутки между ними вывезли полевые пушки, и канониры на руках покатили их ближе к крепости.
– Ну, сейчас зададут им наши! – зашумели драгуны.
Тимофей, приподнявшись на стременах, наблюдал, как суетились канониры, заряжая орудия. Вот ахнуло первое, за ней второе, и все шесть повели частый огонь. В ответ полетели ядра из турецких пушек, но их расчёты явно уступали в боевом мастерстве русским, и после получаса дуэли огонь со стороны неприятеля стих.
– Молодцы артиллеристы! – одобрительно шумели в пехотных колоннах и кавалерийских порядках. – Ну что, братцы, ещё пару часов постоим и потом в лагерь потянемся?!
Время пятнадцать ноль-ноль, войска уже пятый час демонстративно стояли в виду неприятеля. Никто из нижних чинов не верил, что именно сегодня будет штурм.
