Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов.
Командир эскадрона с Александром Львовичем лично рекомендовали…
– Что там у тебя? – Каменский кивнул на зажатый в левой руке у прапорщика лист бумаги.
– Рапорт по сегодняшнему бою, ваше превосходительство, – гаркнул Гончаров и подал его протянувшему руку генералу.
– Две атаки, трое раненых, один возвращён в строй, – пробегал тот глазами строчки. – Потеряно два коня, конская амуниция осталась на поле боя перед крепостью, хм, а вот мушкеты и пистоли забрали. Фланкёр, говорите? – Каменский повернулся к командиру полка. – А лихо вы, прапорщик, крепостное предместье атаковали. Весь гарнизон турок на стены подняли. Вон он как вам дружно салютовал. Молодцы!
– Рады стараться, вашпревосходительство! – рявкнул во всё горло Тимофей.
– Держите. – И, отдав лист, генерал в окружении свиты пошёл дальше.
– Степанович, ну как так мы их проморгали? – прошипел с досадой Гончаров.
– Виноват, вашбродь, – пробормотал тот. – Подпругу чинил, вот и не заметил, как они со спины подошли."
"– Да и я хорош, – проворчал Гончаров. – Ну как так, целого генерал-лейтенанта, графа, не заметил. Замечтался, блин!
– Что там у тебя, Тимофей?! – подбежали возбуждённые Копорский с Делициным. – С самим командующим корпусом только что говорил! Ты понял хоть это сам?!
– Так точно, господин капитан, понял, – подтвердил Гончаров. – С генерал-лейтенантом графом Каменским.
– И как?! – воскликнул возбуждённо Делицин.
– Да ничего, похвалил за атаку на крепость, – пожав плечами, ответил прапорщик. – Ну ещё и рапорт заодно мой проверил.
– Рапорт? – переспросил озадаченный Копорский. – И что сказал?
– Да ничего, атака, говорит, у вас лихая на крепостные укрепления была, – произнёс, пожимая плечами, Тимофей. – Понятно, что с побитых коней не вынесешь оттуда сбрую. Ах да, что мушкеты с пистолями сумели забрать, ещё отметил.
– Ну да, это, конечно, он правильно про них, – изрёк важно Делицин. – Под картечным и ружейным огнём попробуй ты с битого коня сбрую или оружие стянуть. Очень непросто. Понимает их превосходительство. Так что и нам перед интендантскими есть теперь на кого сослаться, а то Пётр Гордеевич уже коршуном вьётся. А с него станется, и на удержание может эскадрону утраченное повесить.
– Да ладно, там бой ведь скоротечный случился, – отмахнулся Копорский. – А скоро, судя по всему, и самому штурму быть. А уж он-то всё спишет. Ладно, Тимофей, дописывай свой рапорт и отдыхай. Завтра после подъёма его отдашь. Пошли, Дмитрий Павлович.
