В зале королевы, где красавица-дама отвернулась от подсвечника с его мерцающими огнями, два существа вели беседу. Марго прижала к груди перстенья и зло посмотрела на мага в черной хламиде. Здесь мирное королевство вот-вот взлетит на воздух вместе с драконом, который будто бы обрёк его к незавидному будущему....
Возможно, как раз наступило время задуматься? Но что теперь?
Так, — сказал сам себе Иррандо. — Слава сказал «в дракона», значит, надо попробовать ещё раз, обратно."
"И принц с максимальной внимательностью начал превращаться в крылатого ящера — раскинул руки в сторону, почувствовал дрогнувшие зачатки крыльев под лопатками. И воду, точнее стихию воды, уходящую вниз под давлением молниеносного потока огня… Тут же прилив энергии, преобразующей мышцы, когти, кожу, лицо! С вниманием, направленным на это, всё произошло ярко и впечатляюще — эмоции, внутренний подъём оказались даже сильнее, чем в первый раз, в детстве.
Но что же будет, если «законы» не работают? Он ведь благополучно превращается!
На Аллес — стихия дракона — огонь, стихия человека — вода. А здесь… — у Иррандо вдруг закружилась голова. — Если к законам можно не прислушиваться, значит, можно позволить другой стихии, — к примеру, воздуху, — овладеть им? Ого! Это интересно!
Что он знает о стихии воздуха? Дракон прикрыл веки и вспомнил вчерашний полёт — воздушные потоки — встречные, попутные, тёплые, холодные, невесомые… Воздух нужен огню, чтобы жить, так? Подуй на пламя — разгорится.
А что, если воздуха будет слишком много? Что, если он сам весь станет воздухом?!
Дракон чуть подлетел над мягким полом, почувствовал почти стоячий воздух комнаты, лениво обтекающий тело.
* * *Иррандо не мог знать, что, полыхнув невероятным оранжевым светом, он растворился в голубой дымке и исчез с камер видеонаблюдения. Со всех. И датчики теплоизлучения замерли, как если б в комнате никого не было… Потому что теперь там и не было.
Глава 25
Если ранее казалось, что воздух в комнате стоит, и нет ни дуновения, ни сквозняка, то, обратившись в неясную бесформенность, Иррандо почувствовал потоки, векторы, направления. О, их было сотни! И он — один из них!
Иррандо просочился в незаметные глазу щелочки, сам не понимая как. Будто препятствий и не существовало вовсе. И не было ничего естественнее, чем свобода и перемещение в любую, угодную ему сторону.
