В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
При этом, зайдя вчера к Огуреллу узнать насчет прачечной, я в полном шоке узрела, как эта мелкая прохиндейка с довольным видом сидит на огромных коленях огра, подставляя бока под его толстые пальцы. А милаха Огурелл наглаживает её и нежно воркует.
Конечно, я сознавала, что собака имеет право любить одних, и недолюбливать других. Но все равно мне было и непонятно, и даже обидно, что в Тучкиной шкале ценностей я стояла где-то позади коврика возле двери, об который она сегодня утром вытирала лапы.
Ну и ладно, зато в остальных делах почти порядок – меня приняли на работу в МАИ, значит половина желания исполнена.
Плюс совсем рядом имеется молодой и очень красивый ректор, который вчера совсем непрозрачно намекнул о своем ко мне интересе.
– Поняла, Тучка? У него ко мне интерес! – сообщила я собаке, так как больше поделиться эмоциями мне было не с кем – на всем женском этаже общежития жила я одна.
Огурелл обещал, что со дня на день начнут прибывать другие преподаватели, и я с нетерпением и некоторой тревогой ждала встречи с коллегами.
Но пока моим единственным собеседниками были здоровяк огр и Тучка-вреднючка. Естественно, женские секреты я расказывала только своей лохматой подруге.
На мои слова собака неожиданно подняла голову и зарычала, оскалив мелкие зубки.
– Тучка, ты чего? Это же ректор – молодой и красивый. Самое то для выполнения второй части желания. – я укоризненно покачала головой. – Ты что, не хочешь, чтобы я домой вернулась?
Клянусь, в этот момент собака посмотрела на меня так, будто пальцем у виска покрутила.
– Ну извини, дорогуша. Не знаю, что у тебя в голове, но мне домой надо – у меня там Васька неприсмотреная осталась, студенты и личная жизнь. – разозлилась я.
Увы, про личную жизнь я слегка преувеличила. Дальше походов в кино и не слишком бурных обжимашек нмы с Димой, аспирантом соседней кафедры, за три месяца наших недоотношений так и не зашли.
Меня это немного напрягало, и заставляло раз за разом возвращаться к своему первому, не слишком позитивному любовному опыту.
Отвратительному моменту, когда Берг, холеный преподаватель сопромата из Австрии, ставший моим первым мужчиной, после единственной совместной ночи просто сбежал, пока я спала. Оставив на своей подушке двести евро и новенький лифчик с гигантским пуш-апом.
