В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
Я не стала говорить мужчине, что Генриетта была жива, но не слишком здорова – уже месяц я ставила ей уколы сильных обезболивающих препаратов, и ясно видела, что ей осталось недолго…
– Расскажите мне еще что-нибудь про эрсла. – попросила, чтобы отвлечь мужчину от грустных дум. – Как проявляется его сущность, какой силой владеет?.. Все, что можете…
– Я тоже знаю не так много. – он криво усмехнулся. – Эрслы большая редкость, и в нашем мире про них мало кто знает. Они обладают почти неограниченной магической силой.
Эрслы выглядят как обычные животные, птички или змейки. Отличаются только особой аурой, поэтому их могут видеть драконы. И еще ведьмы, в силу своей природной силы.
Но, если становится известно, что кто-то стал обладателем этой сущности, он сразу попадает под пристальное внимание инквизиции. Вам повезло, что господин королевский Инквизитор не дракон, а человек, и не определит, что с вашей собакой что-то не так. – завершил свой рассказ Бран, со значением глядя мне в глаза.
Да, не определит. Если только ему никто не донесет об одном магистре, обладательнице волшебного существа.
Я вздохнула и перевела взгляд в окно.
Лучше бы этого не делала, потому что в поле моего зрения сразу попала чудная картинка: в центре площади чуть ли не в обнимку с миловидной блондинкой в дорогом платье стоит наглый гад и хам Родерик Сторвилл. И нежно ей улыбается.
Я торопливо перевела взгляд обратно на Брана:
– Скажите, а почему мой эрсл такой милый со всеми, кроме меня самой? Даже погладить себя не дает…
Дознаватель, проследивший за моим взглядом и сейчас тоже смотревший на обнимающуюся парочку, усмехнулся.
– Эрсл отражает характер и натуру своего хозяина. И если ваш эрсл с вами неприветлив, задайте себе вопрос, любите ли вы себя, Елизавета Дворцова.
Темные острый взгляд резанул по моему лицу, и мужчина поднялся:
– Что же, если вы не против, я покину вас – служба зовет. Если хотите, закажите себе еще что-нибудь, – здесь готовят отличные десерты.
Мужчина галантно поклонился, и стрельнув взглядом в окно, где блондинка пиявкой висела на руке Родерика, доверительно сообщил:
– Слушайте свое сердце, и никогда не ошибетесь.
С этим гениальным напутствием дознаватель ушел. Я скривилась и пробормотала:
– Ага, слушала свое сердце: систола говорила «да», диастола – «нет». Уж лучше буду полагаться на соображаловку, надежнее как-то.
