В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
Размер какой заказал? Надеюсь, двести, не меньше? Сделаем пока перину на овечьей шерсти, а пух ты потом сам раздобудешь. Лучше гусиный!
– Триста, – гордо заулыбался Матвей. – Триста на двести!
– Триста?! – такого масштаба от спального места Евгения не ожидала. – Тогда пусти… Надо же Резеде сказать, чтобы правильно раскроила наматрасник! Триста это в ширину? А в длину сколько?! А, двести ж… – продолжала она ужасаться уже на бегу. – Псих! Ты что, в футбол там играть собрался? Или яйца высиживать?!
Евгения умудрялась бежать, бухтеть, волочить следом за собой Матвея, схватив его за руку.
Ненормальная коала только в путь жрала остатки супа, каши, кости, каких-то пойманных сусликов, но заедать это все предпочитала вкусными вонючими листьями из привезенных запасов.
Глава 45
– Ну что, эта развратница убралась с концами? – Евгения лежала на настоящей кровати с креативным пружинящим дном из туго натянутых на основу переплетенных веревок.
Короче говоря, Евгения была довольна жизнью. Почти.
– Ты уже третий раз спрашиваешь, – хмыкнул Матвей, притягивая удобно устроившуюся на его руке женщину, чтобы поцеловать ее в макушку.
Конечно, Евгения знала, что без наглой вертихвостки им не найти мага, умеющего делать сети для ловли драконов. И никуда шустрая блондинка не денется, пока они не поговорят с ее опекуном. Именно так Джослина называла мага. Но это не мешало ей надеяться… В конце концов, может, Джеролд решил похвастаться своей самкой перед милой синей девочкой и всеми остальными цветными подданными? Или отправиться в медовый месяц… годика так на два. Потому как эта золотая гадина хотя и обрела семейное счастье, постреливать глазками в Матвея не перестала.
– Тут она, вместе с Джеролдом. В соседней пещере пока обосновались.
– Вот не хватало таких соседей! – искренне возмутилась Евгения. – Что там шпроты? Долго еще ждать их парламентера? А то смотри, приживутся нахлебники, горящим поленом потом не вышибешь!
– Вчера еще тихо сидели, костры жгли.
