В восемь утра башни Эльдрейни зазвенели механические часы, и я с гневом приземлилась на улице. Выпрыгнув из сумки, я скрылась в белой дымке и преобразилась в человека. Покурившись вдоль изысканных арф, я окутала себя легким паром. Здесь царила не только шум стальных механизмов, но и живописный звук музыки, наполняя воздух загадочным ощущением....
— Кэрхильд… Прости, что я тебе не рассказал насчёт демонов… сразу. Это было слишком опасно. Я боялся… вдруг план сорвётся. Я и потом боялся… не герой ведь. Никогда им не был.
— Это ты меня прости, — я плакала от облегчения, и горячие слёзы лились по щекам. — Я обвинила тебя… Угрожала. Сразу решила, что ты кому-то навредишь… и поверила в твоё предательство. И ты… ты лучше героя, дядя! Вы с Мэйей спасли всех.
Снег под ногами стремительно таял, и нас коснулись лучи солнца.
Глава 21
Стало ощутимо теплее, и, блаженно щурясь под солнцем, я слышала то приветственные драконьи крики, то едва различимый щебет фей.
— Мы победили, — сказав это, дядя выпустил меня из объятий, и, улыбаясь, я посмотрела на него снизу вверх. Но улыбка тут же исчезла, сменившись тревогой — таким измученным он выглядел. И походил скорее на тень самого себя, чем на живого, здорового дракона.
— Да ты еле на ногах стоишь! Сейчас я позову Альтена и остальных.
Рядом оказалась королева фей. Роза, исполнившая своё предназначение, была теперь воткнута в кудри Её Величества, источая нежный аромат. Бейхе вился за её плечом.
— Вы обещали мне! — Мэйя порывисто шагнула к дяде, их руки соприкоснулись.
— О, не беспокойтесь, Ваше Величество, — слабо усмехнулся дядя, — уж что-то, а выживать я умею…
Звать никого не понадобилось — отделившись от прочих драконов, на землю поспешно спустились трое. Едва приняв человеческую форму, Альтен бросился к нам. Следом из перемешавшейся чёрно-серой дымки вышли Ания и Рик.
— Нужна помощь? — деловито спросил мой целитель, выразив своё почтение королеве фей. Я закивала, теребя изрядно потрёпанную хвиллену в волосах.
— Разрешите пожать вашу руку, благородный Дааль из рода Хэг.
Дядя молча протянул ему заметно подрагивавшую ладонь. Альтен осторожно пожал её, и от его пальцев побежало знакомое, даже на расстоянии тёплое зелёное свечение. Всего несколько мгновений, и дядя выглядел уже значительно лучше, а голос его зазвучал тверже:
— Рад, что вы с Кэрхильд помирились.
