Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
Помимо всего прочего, мы все так увлеклись воссоединением семьи Бендиных, что потеряли всякую бдительность. И, разумеется, никто не слышал, как к гаражу вернулся Сазан.
— Черт, бабки забыл, — ворчал он, появившись на пороге.
Немая сцена. Все уставились друг на друга.
А потом все происходило как в замедленном видео.
Бендин медленно опускает сынишку на диван и пытается освободить свою куртку от его ручек.
Березин кидается к Сазану, но не успевает добежать до него.
Сазан выхватывает пистолет.
— Дремучий случай, — шепчу я, потому что Сазан метит только в одного человека, которого он считает причиной всех своих бед, — в меня.
— Берегись! — раздается совсем над ухом голос Жанны, это выводит меня из ступора, я резко прыгаю в сторону, раздается выстрел.
Промазал.
В мир резко вернулись звуки. Голова начала снова нормально соображать.
Так как дальнейших выстрелов не последовало, я поднялся с пола и тут же увидел, почему Сазан промазал — Дима все-таки успел. Березин толкнул Сазана, и тот не смог как следует прицелиться, а потом выбил оружие у него из рук.
Бой выдался бы неравным, потому что Сазан был уж очень здоров. Сто килограмм живого веса против худенького жилистого Березина. Но к этому времени Бендин сумел-таки вырваться из цепких объятий сына, и кинулся на помощь Березину.
Я невольно присвистнул, потирая ушибленную голову, которой успел припечататься при падении.
Потом огляделся. Жанны не было видно.
Надо признать, очень-очень вовремя появилась.
— Спасибо, — шепнул я в пустоту, рассчитывая, что она все еще где-то поблизости.
Тем временем Бендин впечатал Сазана в стену разбитым лицом, а Березин разыскал веревку, чтобы его связать.
— Твари! — мычал Сазан. — Змей! Ненавижу.
Что ж, Сазан как всегда ошибался. Я тут был вообще не причем, и никакого отношения к его горестям не имел. Я как раз стоял как баран и ждал, когда меня пристрелят. А Березин с Бендиным молодцы.
Я глянул на Мохова, который уже перестал скулить и отполз еще немного в сторону, подальше в угол. Вопрос теперь в том, что с ними делать.
— И что теперь? — словно прочел мои мысли Березин, укладывая связанного Сазана на пол. — Куда их? Не убивать же…
— Было бы неплохо, — отозвался я. — Если удостовериться, что никто не слышал выстрел…"
"— Нет тела — нет дела? — выгнул бровь физик. — Ну уж нет. Пусть их судят и садят. Не будем мараться.
