Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
"
"— Как тебя пропустили? — спросил я. — Вроде бы, пускают только родных и адвокатов.
— Ах это, — отмахнулась она. — Так я твоя сестра! — я выпучил на нее глаза. — Ага, двоюродная сестра, троюродная, если быть точной. Короче говоря, я им такое семейное древо закрутила, что им проще было меня впустить, чем перепроверять мои данные.
— Потрясающе, — восхитился я.
— А то, — она была очень довольна собой. Да и вообще довольна. А это могла значить только одно, то, что Жанна не ошиблась, и с Березиным все в порядке.
— Как Дима? — мой голос дрогнул и выдал мое волнение.
— С ним все хорошо, — она протянула руку через стол и сжала мою ладонь, успокаивая. Мне захотелось рвануться от нее в другой конец комнаты, но я сдержался. Вечно живущая во мне ненависть к себе пребывала в полнейшем шоке. Меня любят? Обо мне заботятся? За меня беспокоятся?
— Он злится? — спросил я совершенную чушь. Как может злиться человек, который сам прикрыл меня своим телом.
— Конечно, нет! Все действительно хорошо, поваляется неделю на больничной койке, и все.
— Это точно, — я опустил голову. Скверно-то как на душе.
— Дима передает тебе привет, и просит не унывать, мы тебя отсюда вытащим.
— Как, интересно?
— Совсем забыла, — тут спохватилась Оксана, — у тебя же руки ледяные, — она придвинула мне стопку одежды, лежащую на столе. — Они все проверили, — она покосилась на дверь, — и разрешили мне отдать все тебе лично здесь. Быстро одевайся!
— Прямо здесь? — изумился я.
— Конечно, здесь, я отвернусь, — и она немедленно выполнила обещание.
Я пожал плечами и взял одежду. Водолазка и теплый свитер — это же чудо! А еще нижнее белье и джинсы!
— Оксана, ты чудо! — вместе со свитером по телу разливалось блаженное тепло.
— Я подумала, здесь плохо топят, и оказалась права. Можно поворачиваться?
— Можно, — переодевшись, я чувствовал, себя довольным, как удав.
— Ну вот, на человека похож, — прокомментировала она. — Другое дело. К слову о вытащим, мы с Лёшей сегодня идем к адвокату, будем действовать.
— С Лёшей? — не понял я.
— Ну с Алексеем Дмитриевичем, — объяснила Оксана. — Дело непростое, от суда тебе не уйти, но может быть удастся вытащить тебя под залог.
— Кстати, у меня есть деньги.
— Разберемся, — Оксана отмахнулась. — Ты, главное, не вешай нос. Лёша тоже хотел к тебе попасть, но сам понимаешь, не пропустили, я и так пробилась, можно сказать, с боем. Он передает тебе свою благодарность в спасении Сережки.
